Книга Друг с далёкой планеты, страница 18 – Тамара Михеева

— Потому что отцы разные, чего непонятного-то?

Они стояли с Наташкой на крыльце школы. Было холодно. С проспекта задувал широкими волнами ветер, пузырил ветки деревьев с лоскутами ещё не совсем облетевшей листвы, замешивал пылевые вихри у обочин и бросался под ноги фантиками и опавшими листьями. У Наташки покраснел нос, Олежка зябко кутался в куртку. Ждали.

— А зачем условный сигнал? Разве просто так нельзя помощи попросить, если брат?

Наташка фыркнула, потом вздохнула:

— Ой, я бы тогда от него до сих пор не отходила. Ты даже не представляешь! Я в первом классе каждую перемену к нему бегала: то тот меня обидит, то этот.

— Ты?! – не поверил Олежка.

— Ага. То не так на меня посмотрели, то за косичку дёрнули, то обозвали, то конфетку отобрали. И я сразу к Феде бежала жаловаться. Он со мной так намучился! А потом, уже во втором классе, помнишь, нас Екатерина Даниловна рассадила? Я тогда еле-еле урок досидела, так обидно было, а потом в слёзы – и к Федьке. Он меня выслушал, а потом говорит: «Наташка, не могу же я все твои проблемы до конца жизни решать. Ты сама должна учиться справляться с трудностями». «Ага, – говорю, – как я с ними справлюсь, она же учительница!» А он засмеялся: «Ну так а я тем более не смогу с твоей учительницей договориться». И объяснил мне, что есть проблемы решаемые и их надо самой решать: с учителями, с ровесниками, с оценками. А есть такие, которые сам не решишь. Ну, когда кто-то из старших пристаёт или запугивает. Не только меня, а вообще. Они вот с друзьями постоянно с Сапой разбираются, если узнают, что он малышей достаёт. И вот для этих проблем он мне пароль придумал.

— Тот самый?

— Ага. «Я буду метаться по табору улицы тёмной». Он сказал ещё, что если я сама не научусь с трудностями справляться, то никогда не вырасту. Но ведь есть такие трудности, с которыми ну ни за что самому не справиться, да? Ну, вот как у Вани с Сапой. А Федя… он такой строгий у нас, принципиальный. Сказал: «Всё, ко мне только с паролем. Всё остальное – сама». Но уж если пароль сказан, он не вправе отказать.

— Прямо как в кино.

— Ну да.

— И ты научилась? Справляться?

— Не сразу, конечно. Сначала продолжала ещё бегать по пустякам. Пароль скажу и жду, что он меня сейчас спасёт. – Наташка снова над собой маленькой посмеялась, а Олежка подумал, что здорово всё-таки иметь такого брата. – А он мою проблему разберёт по полочкам, расскажет мне, что я должна была сделать и как. И сразу видно, что я бы и сама справилась. И он меня штрафовал.

— В смысле?

— Ну, если я без надобности пароль применяла. Я тогда должна была в его очередь посуду мыть. В общем, как-то я потом привыкла. С третьего класса ни разу пароль не говорила.

Олежка смотрел, как на качелях в школьном парке лениво качается Федя Атлягузов, старший Наташкин брат, придумавший такую интересную штуку, как пароль на неразрешаемые трудности. Отсюда он казался самым обычным девятиклассником.

Олежка зашептал неслышно: «Я буду метаться по табору улицы тёмной…» Как заклинание. «Если успею сказать три раза и никто не выйдет из школы, Джим найдётся сегодня», – подумал Олежка и стал быстро-быстро бормотать волшебную строчку. На последнем слове дверь открылась и вышел Сапа, а за ним – ещё пятеро его дружков. Олежка дёрнулся, но Наташка схватила его за руку, удержала. С качелей в школьном парке поднимался Федя Атлягузов. Пятеро его одноклассников стекались к крыльцу школы с разных уголков площадки.