Книга Воспоминания усадьбы, или Тайна голубого блокнота, страница 15 – Елизавета Секисова

Воспоминание меркнет, но ему на замену приходит другое.

* * *

В большом зале между окон стоит высокая пушистая ель, украшенная фонариками, флажками, игрушками и пряниками. Я почти чувствую хвойную свежесть и атмосферу Рождества. Слышится топот детских ног. Первой вбегает уже известная нам малышка, на ней еще одна крошка лет трех, за ними входит статная женщина. Миловидное лицо, добродушная улыбка на тонких губах. У нее на руках мальчик, немногим младше второй крошки. Он хлопает глазками, еще не понимая, что происходит, поэтому жмется к матери, лопоча, что-то свое.

Девочки, оказавшись у ели радостно хлопают в ладоши и смеются. В гостиную степенно входит хозяин дома. Чинно, не торопясь, сохраняя сказочность момента, он начинает раздавать подарки. Сначала самому маленькому. Увидев лошадку на колесиках, мальчик, забывая обо всем на свете, тянет свои ручки к игрушке. Белый конь с шелковым хвостом и гривой выглядит достаточно реалистично. Мальчика сажают верхом и придерживая катят по паркету. Младшей дочери дарят хорошенькую фарфоровую куклу в бежевом платье и пшеничными косами, уложенными на макушке.

А что же нашей малышке? Девочка с удивлением смотрит под елку, ведь там больше ничего нет. Уголки губ опускаются и подрагивают. Она вот-вот расплачется.

— Ну а ты, что загрустила? — опускаясь перед дочерью на колено, спрашивает отец.

Девочка опускает голову.

— Маша, — зовет отец горничную.

В комнату входит женщина, внося еще одну коробку, перевязанную голубой лентой. Глаза девочки загораются надеждой. Дрожащими от нетерпения пальчиками, девочка развязывает ленту и поднимает крышку. Лишь на мгновенье она замирает, а потом бросается в объятия к отцу. Тонкими ручками обвив крепкую шею, целует его в щеки. Мужчина, не сдерживаясь, целует ее в ответ.

— Ну, будет, будет. Ступай к своему подарку. Дай ему имя, Анночка.

«Анночка? Какое совпадение!»— озаряет меня мысль.

— Рен, — зовет девочка щенка.

Пухленький рыжий щенок английского спаниеля торопится за своей хозяйкой, громко потявкивая.

— Каков горлопан, однако, — шутит отец.

Отрываюсь от этих трогательных воспоминаний, переходя к следующим.

* * *

Темнота подземелья поглощала поспешно удаляющийся источник света. И девочка в белой сорочке очень скоро осталась в кромешной темноте. Обхватив себя руками, она шмыгнула носом.

— Папа, папочка, — детский голосок эхом пронесся по коридору.

Шаги замерли, а затем начали поспешно приближаться. Тьму разорвал свет лампы и хриплый голос удивленно произнес:

— Анна? Ты как сюда попала?

Малышка потерла заспанные глаза и расстроенно поджала губы.

— Ты не рассказал до конца сказку и ушел, а я пошла за тобой, — ухватив отца за руку, девочка осмотрелась, — Что это за коридор? Куда он ведет? К сокровищам, как в сказке?

Хотя Аннушка и считала себя взрослой, так как ей недавно исполнилось десять лет, но не осмелилась бы идти по коридору вслед за отцом одна. От прохлады по детскому тельцу побежали мурашки. Некоторое время мужчина обдумывал сложившуюся ситуацию, ища лучшее решение. Короткий вздох вырвался из его широкой груди.

— Эх, Аннушка, ну ты и отчаянная у меня растешь. Другая бы барышня ни за что сюда не пошла.

На освещенном тусклым светом девчачьем личике скользнула улыбка, а в глазах заплясали заинтересованные огоньки.