Книга Измена. (Не) фригидная жена, страница 103 – Алиса Маис

— Тем более, ребеночек ваш будет здесь, и в первые дни ему полезно быть с мамой…

— А с папой? — уточняет Дамир.

И видит, как Виталина справа от него усмехается.

— С папой тоже, — соглашается медсестра. — Если вы оставите ваш номер, то мы позвоним вам завтра перед кормлением.

— Обязательно. Так и сделайте…

Дамир отпускает руку Виталины, чтобы достать из кармана визитку. Он передает ее медсестре и снова обнимает пальцы Виты. Так они входят в палату. Женщина говорит, что он может побыть здесь до конца официальных часов посещения, но Дамир с ужасом осознает, посмотрев на часы, что осталось всего двадцать минут.

— Так что там… С отцом?

Спрашивает Вита, едва они остаются одни.

Она садится на одеяло.

— Он больше не проблема.

— Не проблема? — из ее рта вырывается нервный смешок. — Ты же не пристрелил его? — вздергивает бровь. Дамир отмечает про себя, что это было очень сексуально…

— Нет, но исключительно ради Влады.

— Она бы не обрадовалась отцу в тюрьме.

Дамир кивает и устраивается на край ее постели. Накрывает руку жены своей.

— Если коротко, то у меня есть на него компромат. Серьезный.

— Где ты его взял? — сужает она глаза.

— Неважно.

— Он будет мстить…

— Не будет он ничего делать, если не захочет, чтобы компромат был опубликован. А он не захочет, — кивает Дамир, надеясь, что его уверенность передастся и Вите. — Я знаю своего отца. Знаю, что для него значит компания.

— Точно?

— Этот компромат похоронит его компанию, а она для него дороже наследницы.

Вита вздыхает.

Молчит немного, поправляя одеяло.

— Значит, о нем можно забыть?

— Я очень надеюсь, что так оно и будет.

Вита смотрит на Дамира, ее глаза отражают мерцающий свет уличных фонарей, проникающих сквозь полузанавешенные шторы. Дамир отвечает взглядом, полным тепла и уверенности. Ему кажется, что они с Витой думают об одном и том же — теперь они отвечают не только за себя, но и за Владиславу; а за нее они синхронно готовы бороться изо всех сил.

Спустя два дня после рождения Влады я все еще прихожу в себя…

Адаптируюсь к новому ритму, в котором особенное место занимает моя малышка. Когда я беру ее на руки, все остальное перестает иметь смысл. Я так люблю ее, что даже страшно становится иногда. Дамир, конечно, не считает, что я схожу с ума. Он уверен, что я буду хорошей мамой, даже вместе с моей врожденной привычкой беспокоиться обо всем на свете. Стоя рядом со со мной, наблюдая за кормлением и процедурами Влады, он с энтузиазмом планирует предстоящую жизнь…

Дамир не давит на меня, говорит, что все решения я буду принимать сама.

Например, возвращаться на работу или посвятить себя воспитанию малышки.

Я знаю, что Дамир мечтает, чтобы я хотя бы какое-то время посидела с ребенком. Он не тот папа, который будет со спокойным сердцем отдавать малышку даже самой надежной няньке. К счастью, я в этом плане еще больший параноик, чем он.

Прямо сейчас отчетливо понимаю, что день, когда придется впервые оставить Владу больше, чем на несколько часов, разобьет мне сердце. Точно разобьет же…

— Я не представляю, как оставить ее с кем-то другим… — не выдерживаю я, наблюдая, как Влада тянется ладонями к медсестре, которая пеленает ее. Эти маленькие ручки, маленькие пальчики… Целовала бы их непрерывно! — Не смогу я.