Книга Зелёная долина, страница 171 – Галина Осень

— Смерть! – громко и жёстко потребовал Уразаш. – Сурбек заслужил смерть, – орки в юрте одобрительно загудели, но были и протестующие возгласы.

— Я согласен, если такова воля народа, – мрачно ответил каган.

Однако, все, кто находился сейчас в юрте буквально физически поняли с каким трудом дались ему эти слова. Но сейчас Рарег был не просто отцом, он был каганом, вождём, за которым стоит не только его семья, но и весь его народ.

Все знали, что каган недолюбливал сына, часто ссорился с ним и наказывал. Но одно дело – скандал, и совсем другое – смерть. И никто сейчас не мог выступить против. Никто, кроме Марии и Андрея. Практически одновременно они выкрикнули:

— Стой, каган! (Андрей)

— Подожди, Рарег! (Мария)

Андрей посмотрел на жену и уступил ей право речи. Он уже понял, что она против казни, как и он сам и имеет, что предложить взамен. А Мария, несмотря на жгучую ненависть к сыну кагана, к его жене и всем, кто участвовал в этом деле, понимала, что казнь – это худший вариант. Да и в конце концов! Что это за средневековые традиции?! Нет! Не будет её семья причиной диких решений. Если у них нет тюрем, то у них есть рудники, а у неё есть ментальная магия. И она знает, как можно заставить человека, то есть орка (да, собственно без разницы) забыть о побеге и о мести.

— Подожди, Рарег! – повторила Мария. – Не будем омрачать начало нашего содружества печальными событиями. С помощью Урагаша, Синеги, целителей, магов и знахарей мой сын останется жив и выздоровеет, надеюсь. А для твоего сына предлагаю другое решение: рудники на пятнадцать лет. Шаманке же, которая навела заклятье на стрелу, требую лишения дара. Я знаю, что Урагаш может это сделать. Но также требую сослать её в предгорья под охраной, как и Солонгу, но в другое место, чтобы они не имели возможности снова договориться.

Рарег не успел ответить Марии. За пределами юрты раздался дикий животный женский крик. Невольно все напряглись и мужчины первыми выскочили из юрты. Мария выбежала вместе с мужем и за его широкой спиной протиснулась к первому ряду орков, обступившим кого-то полукругом. Картина предстала просто жуткая.

На значительном отдалении от первой линии толпы (ближе просто не могли подойти) лежала мёртвая Солонга. Что она была именно мертва, не было сомнений. А в нескольких шагах от неё на коленях склонилась к земле фигура её сестры-шаманки. Она тихо завывала и тряслась от страха и ужаса. А вокруг разливалось море необычной сильнейшей магии, не давая никому подойти поближе.

— Что случилось, Зерута? – жёсткий голос кагана заставил женщину очнуться.

— Мм-а-ать, – промычала шаманка. – Мм-а-ать степи наказала Солонгу. Сразила молнией…

Договорить она не успела. Как бы продолжая действие, возник ещё один копьевидный луч абсолютно белого цвета и вонзился в тело поверженной орчанки. От этого действия оно начало стремительно уменьшаться, усыхать и через несколько мгновений от него осталось лишь тёмное пятно, но и оно на глазах таяло.

Священная тишина упала на площадь перед юртами. Орки в едином порыве опустились на колени и склонили головы к земле, распластав по ней руки. Люди же остались стоять, сбившись в кучу и чувствуя себя настороженно-тревожно. Но больше ничего не происходило. Лишь где-то далеко в степи прогрохотал раскатистый гром, как при сильной грозе, но и он затих.