Книга Выпускница академии, страница 133 – Галина Осень

А вот про Дерека и его мать не забыла. Тогда, двадцать лет назад, королевские дознаватели провели серьёзное расследование и вскрылись некрасивые факты. Именно Дерек, при всей своей миловидноcти и харизме, подделывал мои подписи. Всё-таки он был сильным магом и его уровня силы хватало на подделку. Мать составляла фальшивые документы, а он подделывал подписи. Часть наших проданных земель вернуть не удалось. Но то, что Дерек оформил на себя, на мать и на сестёр было нам возвращено. Матушка не хотела связываться со всем этим делом. Она тогда только-только пришла в себя и поэтому на суд в королевство ездили мы с Терри.

Баронесса Бартелей была лишена магии и сослана в далёкий монастырь. А за то, что она передала артефакт подчинения Алисии, который та прицепила Брендену, и он тогда практически напал на меня, она должна была просидеть в одиночной келье пять лет. После этого ей разрешалось жить вместе с другими послушницами. А вот, где она взяла этот артефакт, так и не узнали. Честно говоря, я особо не интересовалась её судьбой, но слышала, что она немного повредилась умом.

А Дерек, как боевой маг, нарушивший кодекс мага, тоже был лишён магии и отправлен на рудники. Кстати, на те самые рудники, которые мы вернули королевству в оплату за помощь маме. Но никто в нашей семье об этом не жалел и даже разговоров на эту тему не было. Радовались, что верховный маг смог вернуть маме память и она при этом не сошла с ума.

Сам барон Бартелей в этих махинациях не участвовал, но приложил руку к моему помещению в приют, а потом и к моему распределению в Морев. Ведь он был королевским чиновником и вначале работал в департаменте образования, а позднее в департаменте опеки. Сейчас барон доживал свой короткий человеческий век в их старом поместье. Один. Без семьи и без друзей. Все соседи отвернулись от них и даже на ежегодный осенний королевский бал никогo из Бартелеев не приглашают. В том числе и моих кузин.

Неприятные воспоминания. Но из памяти ничего не выкинешь. Да и зачем? Урок хороший получился. Просто перед этими воспоминаниями надо поставить мысленный заслон, чтобы они не тревожили моё сознание. И тогда они не будут иметь надо мной власти. И я буду помнить, но не буду переживать заново. Так мне маги посоветовали тогда. И правда — помогает.

— Родная, что с тобой? Сели сказала, что почувствовала себя плохо? — Терри склонился надo мной, мягко целуя в губы.

«М-мм, ещё хочу», — мелькает у меня мыслишка и я беззастенчиво льну к мужу. Всё-таки он и сейчас для меня сладок и желанен.

— Ничего ңе случилось, Терри. Ты же знаешь, я не умею уговаривать. Расскажи ей всё сам. И в конце концов, пусть Бренден уже приложит хоть какие-то усилия. Сколько можно ходить вокруг да около. Мужчина!

— Горячая Искорка моя, — тихо рассмеялся муж. — У нашей дочери твой характер. Бренден просто боится, что она его сразу пошлёт лесом. Я поговорю с ней, любимая. Она умная девочка, только вспыльчивая. Дракошки вы мои, неугомонные. — муж обнял меня и погладил прилично выпирающий живот. — Интересно, каким будет сын? Судя по ауре, он будет огненным магом.

Ребёнок в ответ ткнул отца ножкoй. Кажется, они дoговорились. Я улыбнулась и склонила голову на плечо мужа. Только он мог всегда одним своим присутствием снять все мои тревоги и успокоить эмоции.