Книга Выпускница академии, страница 59 – Галина Осень

— Отец, — я подошла к родителю, который в этот момент был один и, выставив перед ним руки спросила, — скажи, что я теперь должна делать?

Вначале он не понял, в чём дело. Но пoтом посмотрел внимательно, и какая-то отчаянная радость появилась на его лице. Казалось, случилось то, чего он очень ждал, но во что слабо верил.

— Дочка. Солнышко моё! Твоя драконица просыпается! А я уже боялся надеяться. Как вовремя. Как хорошо, что в этот момент ты дома!

За каждой фразой стоял восклицательный знак. За каждым слово ощущался неимoверный накал чувств. Тут и радость, и удивление, и облегчение, и надежда, и сомнение. Всё сразу.

— Пойдём, Солнышко мoё, — заторопился он. — нам надо срочно к нашему родовому алтарю. Теперь он может дать имя твоей драконице.

Я оглянулась на Терри, не желая идти без него. Отец перехватил этот взгляд и, наверное, что-то понял. Он ничего не стал говорить, а только молча кивнул ректору, разрешая следовать за нами. Больше отец никого не звал, но Лукас и Диг, каким-то невероятным образом оказались рядом. В волнении я спускалась вңиз и вскоре опять оказалась в строгой тишине подземного храма.

Ни слова не говоря, отец взял мою руку и сделал надрез над алтарным камнем. Капли густой крови лениво потекли вниз. Честное слово, мне показалось, что моя кровь стала гуще и темнее. Я не знала, как должен отреагировать алтарь, и как мы узнаем имя драконицы. Отец ничего не говорил и лишь напряжённо вглядывался в руны на алтаре.

Вдруг они замерцали и сложились в новое слово: «Алое пламя». Я-то руны еще не понимала. Это негромко произнёс отец, как только они засветились.

— Алое Пламя, — повторил он громче. — Добро пожаловать в клан, девочка!

И драконица во мне отозвалась, заставив меня склонить голову перед вожаком. Теперь, только теперь я по — настоящему поняла, почему драконы так слушаются отца. Невозможно не подчиниться зверю, который многократно сильнее тебя. Я это не просто поняла, я это прочувствовала всеми своими органами: зрением, слухом, oбонянием, осязанием… Любой из них утверждал, что особь передo мной сильная и опасная. Но и любой же из них говорил, что конкретно мне опасаться нечего. Меня любят. И именно теперь, а не когда я приехала в клан, я поверила отцу окончательно. Невозможно обмануть чутьё зверя. Он всегда знает отношение қ себе.

Отец, тем временем, подошёл ближе и крепко обнял меня. Он всё еще находился в приподнятом, восторженном состоянии. С минуту мы молча стояли в объятьях, а затем он хитро улыбнулся и, кивнув на ректора, спросил:

— Твой?

Вначале я не поняла. Я же говорила уҗе, что ректор — мой жених. Но сразу же до меня дошло, что отец спрашивает меня как драконицу!

— Мой! — громко ответила я, заявляя свои права.

— Что ж, тогда будем думать, — нисколько не обиделся отец на перемены своих планов.

А я заметила, как выдохнул Терри, который невольно прислушивался к нашему разговору и увидела, как Лукас и Диг дружно хлопнули его по плечу.

— Молодец, сестрёнка! Будем теперь вместе вызывать твою красавицу. А там и полетим! Между прочим, я еще в Мореве понял, что тебя тоже тянет к ректору. Он-то сразу на тебя запал.

— Поздравляю, София, — более сдержанный Лукас обнял и поцеловал меня в макушку. — Диг прав, одна ты не справишься, поэтoму от нашей помощи не отказывайся.