Книга Объявляется конкурс, страница 43 – Галина Осень

— Ну, как, Герет? Вы справитесь? — обратилась я к своему помощнику.

— Я попробую, рэя Илиния. Мне будет интересно изучить работы старых мастеров.

— Хорошо. Тогда принимайте заказ и подходите к нам, в гостиную.

И мы с Урсиной вышли из конторы, оставив Герета с клиентом, и надеясь, что он вскоре освободится.

В гостиной, Урсина бросилась мне на шею, чуть не со слезами и причитаниями, как она соскучилась.

— Я тоже, — приговаривала я, поглаживая её по руке, — Я тоже…

Позвонили Трине и велели принести чай с печеньем. Я наслаждалась ощущением дома. Герет, за это время, расстался с клиентом и присоединился к нам. Мы все хотели рассказать друг другу новости, причём все сразу. Но, Герет опередил нас с Урсиной. Взяв пачку газет со столика, он потряс ими в воздухе, и положил передо мной со словами:

— Вот, Илиния, что пишут газеты о конкурсе, участниках и о тебе. Смотри, а мы по ходу действия, будем комментировать.

Все газеты были открыты на определённых статьях и свёрнуты для удобства чтения. Я с интересом взяла в руки первую.

И буквально опешила от абсурдности информации. Во-первых, заголовок кричал, что Бреннон Девонги, известный ловелас, со своей новой подругой участвует в конкурсе. Во-вторых, в самом тексте подробно описывалась наша подготовка, и в доказательство размещался наш снимок в трактире. Откуда что взяли? Непонятно.

В следующей газете уже были снимки с конкурса. Там я стояла у шара и радостно улыбалась. Подпись же под снимком извещала о том, что у меня — самый высокий результат на этом испытании. И продолжалась тема наших с Бренном, якобы, отношений. В доказательство опять приводился снимок, где мы, взявшись за руки, сидим на нашем месте у окна.

— Ты же понимаешь, что всё это — бред, — повернулась я к Урсине.

— О, не беспокойся. Конечно, понимаю. Ну, и, кроме того, меня это, как бы, не касается. Наши с Бренном отношения не перешли на близкий уровень. Но, я благодарна ему, хотя бы за то, что его внимание встряхнуло меня. Я снова хочу жить и жить ярко.

Она лучезарно улыбнулась и подмигнула: — Ты читай, читай…

Ребята отложили газеты не только обо мне и Бренне. О конкурсе писали все газеты. И с разных точек зрения. Кто-то одобрял идею и поощрял возобновления отборов на государственные должности. Кто-то был не против идеи, но против помпезности и расточительности. Кто-то был категорически против отборов, выступая за логичное продвижение по службе. А кто-то откровенно требовал продвижения по службе на основе личных рекомендаций вышестоящих.

Я только удивлённо качала головой по поводу всей этой шумихи. И думала, что тщеславие и амбиции людей одинаковы во всех мирах.

Но, последние газеты, задели меня не на шутку. На разворотах почти всех газет были снимки, на которых главными выступали мы с верховным магом. За обеденным столом, во время танца, в парке… Причём снимков было много. А заголовки пестрели нашими именами. В статьях высчитывалось количество его любовниц, и мой порядковый номер в этой череде. Делались ставки на срок моего нахождения при нём. Отвратительно.

— Да… Представляю, что меня ожидает по возвращении на конкурс. У вас-то, надеюсь, в голове порядок? — обратилась я к своим собеседникам.

— У нас-то порядок, — заметил Герет. — И в головах, и в агентстве. Ты, главное, сама в порядке будь. Не обращай внимания, иначе всё настроение для конкурса пропадёт.