Книга Илиния, страница 97 – Галина Осень

— Тебя велели привезти шаманы, – сообщил мне, перед сном. – Ты принесёшь в степь перемены. Мы будем думать, надо ли нам это.

Его всеобщий был не очень понятен, но основная мысль до меня дошла: сразу нас не убьют.

* * *

А к утру очнулся Герет. И, хотя я укладывала его удобнее, после того как орки подтащили его ближе, тело, наверное, всё равно затекло. Герет застонал и попытался сесть. Но это ему не удалось. И он опять повалился на землю. Затем он открыл глаза и увидел меня. Узнавание и непонимание появились в его глазах одновременно.

— Или, что случилось? – хрипло спросил он.

— Мы в плену, Герет, – тихо заговорила я, чтобы не будить орков, которые спали невдалеке от нас.

— Ты, вообще, ничего не помнишь?

— Подожди, сейчас соображу.

Видно было, что разговор Герету даётся с трудом, но он старался.

— Вспомнил: мы пошли посмотреть местность на предмет ваших с Урсиной нужд. И на нас напали. Меня огрели какой-то дубиной по голове, потому что сопротивлялся. Всё, больше ничего. А, где Бренн?

— Бренн, – я сглотнула твёрдый комок, – Бренн погиб.

И я замолчала, давая возможность и себе, и Герету пережить эту утрату. Герет недоверчиво посмотрел на меня. Завозился, принимая более удобную позу и тронув меня рукой, попросил:

— Расскажи. Я не верю в это. Не может быть. Только не Бренн.

— Может. Сама видела. На него чуть не десяток орков налетели. Издевались, дразнили, а потом прикончили. Он кровью истекал, но мне успел сказать – прости. За что «прости»? Сама чувствую себя виноватой во всём.

Я горестно склонила голову. Герет молчал, но, подвинувшись ещё ближе, обнял меня за плечи. Так и сидели с ним. Для Герета Бренн был тоже уже близким человеком. Сколько подстав они вместе устраивали мне и Урсине, пока Бренн жил у нас во время подготовки к конкурсу. Сколько артефактов вместе придумали. Сколько мучился Бренн, обучая Герета владению оружием. Да, мы были почти семья.

Завозились, проснувшиеся орки. Увидев, что Герет пришёл в себя, одобрительно высказались, что вовремя. После скудного завтрака нас вновь погрузили на лошадей. Но теперь Герет мог ехать сидя, хотя, как он мне сказал, голова сильно кружилась и болела. Так мы передвигались до самого полудня и к этому времени оказались у подножия кряжа. Здесь орки свернули на юг. А ещё через несколько часов мы прибыли в стойбище.

Нас с Геретом опять сгрузили с лошадей, небрежно сбросив в пыль, и оставили как есть. Мы же сами ни ходить толком, ни сделать что-либо не могли, так как зачарованные верёвки были ещё на нас. Да и сами мы были очень слабы.

Через некоторое время к нам подошла пожилая орчанка. Внимательно осмотрев нас, позвала ещё одну. И они вдвоём перевели нас в небольшую юрту, стоящую немного в стороне от всех.

— Сидеть здесь, – с трудом подбирая слова на всеобщем, – сказала старшая.

И мы опять остались одни.

— Герет, давай я тебе голову посмотрю. Больше-то ничего не болит?

— Нет, голова только. Да, что толку. Магии-то нет, лечить нечем.

— А что? Без магии и лечения не бывает? Не вредничай, подвигайся ближе.

Герет, сопя и хрипя, с трудом добрался до меня. Я же дальше двух шагов двинуться не могла. Потому что меня, в отличии от Герета, привязали к столбику в основании юрты.

Склонив голову и вывернув шею, чтобы мне было удобнее, Герет терпеливо ждал пока я прощупаю шишку на его затылке. Открытой раны, слава богам, не было. Но шишка была здоровая. Есть, конечно, травы и мази, способные рассасывать такие гематомы, но вряд ли здесь они найдутся. Однако, кто мне мешает спросить у орчанок. Лечат же они своих орков как-то. А пока, единственное, что я могу посоветовать – это покой и сон. Мозги они покой любят.