Книга Без шансов уцелеть, страница 19 – Юнь Хуянь

Однако заместитель директора управления Ван явно не обращал внимания, и даже в редких взглядах, которые он бросал на Чу Тяньина, проступал едва заметный, но неподдельный отблеск одобрения.

Каждый в провинциальном управлении знал: такое одобрение заслужить нелегко.

Год назад Чу Тяньин еще руководил группой отдела уголовного розыска в столице провинции. В пригороде тогда произошел несчастный случай: среди ночи в одном доме внезапно вспыхнул пожар, в это время семья из четырех человек спала на общей постели, муж сумел спастись, а жена с двумя детьми погибли в огне. Криминалисты, обследовав место происшествия, квалифицировали дело как несчастный случай. Район происшествия не относился к зоне деятельности Чу Тяньина, но на пятничном совещании по крупным делам в провинциальном управлении он услышал об этом деле и отправился туда.

На месте пожара остались одни развалины, в воздухе висел густой запах гари. Соседи жили бедно, дома теснились бок о бок, во дворах громоздились кучи горючего хлама, поэтому, когда вспыхнул пожар, перепуганные жильцы, которые бросились тушить огонь, увидев, что пламя бушует все сильнее, и опасаясь, что огонь поглотит весь квартал, разобрали загоревшийся дом почти до основания, оставив лишь несколько уцелевших стен.

Чу Тяньин обошел дом, ничего не обнаружил, вышел во двор и увидел в углу пластиковую канистру литров на двадцать, открутил крышку и понюхал – внутри оставалось немного бензина. Он расспросил председателя домового комитета и выяснил, что пострадавшей семье бензин был совершенно ни к чему; нахмурившись, он обдумывал услышанное.

Кто-то похлопал его по плечу, Чу Тяньин обернулся – это был один из полицейских, расследующих дело:

— А ты-то зачем сюда заявился?

— Мне кажется, в деле есть неясности, вот и пришел убедиться лично.

— Неясности? – Собеседник изумленно вскинул бровь. – Какие еще неясности?

— Я все не могу понять, как это возможно: в доме бушевал огонь, все находились в спальне, а выжил лишь мужчина? Неужели остальные так крепко спали? Разве отец не мог вытащить хотя бы одного ребенка?

В ходе расследования проверка каждого сомнительного пункта могла предотвратить ошибочные обвинения, поэтому внутри полиции сомневаться в выводах по делу было стандартной практикой. Так вышло, что полицейский, с которым разговаривал Чу Тяньин, был племянником Вана – заместителя директора управления общественной безопасности провинции, – вдобавок этот полицейский всегда вел себя крайне вызывающе.

— Мне кажется, ты попросту ищешь проблему там, где ее нет. В протоколе вскрытия ясно сказано: у женщины и двух детей в дыхательных путях обнаружена копоть – значит, на момент пожара они были живы, смерть произошла от удушья. Тебе знакомо дело «Чжан Цзюй и зажаренная свинья»?

«Чжан Цзюй и зажаренная свинья» – это история из классического трактата эпохи Сун под названием «Наставления по решению судебных дел»^[15]. История такова: когда-то давно в уезде Гоучжан, провинции Чжэцзян, случился пожар: муж погиб в огне, а его брат обвинил жену погибшего в том, что она сначала убила мужа, а потом подожгла дом, и подал жалобу в уездную управу. Судья уезда, Чжан Цзюй, решил провести проверку: он распорядился, чтобы взяли двух свиней – одну зарезали, другую связали живьем, затем обеих бросили в огонь. Когда пламя потухло, Чжан Цзюй осмотрел животных: у зарезанной свиньи в пасти ничего не было, а у сгоревшей заживо почерневшая пасть была набита копотью. Затем он приказал осмотреть труп мужа – во рту у него ничего не было… В итоге жене пришлось признаться, что сначала она убила мужа, а потом подожгла дом.