Книга Ловелас. Том 8, страница 93 – Илья Взоров

— Ну раз так…

— Теперь ты понял, почему Аарона нет?

— Не очень

— За зайками я худо-бедно ещё смотрю. Хотя пример Кристи, согласись, показательный. — Полли забрала у меня бинокль, протерла окуляры платком. — На вечеринки приходят голливудские старлетки. Двадцать лет, нет контракта, нет денег, снимает комнату на двоих с подругой, и главный человек в её жизни — тот, кто может позвонить на студию. Их не надо приглашать. Они узнают адрес сами.

— И?

— И ты для этого распорядился построить грот, сделать этнические спальни…

Я молчал. Ну да, распорядился.

— Я на прошлой неделе сфотографировала в античной комнате мэра Лос-Анджелеса, — сказала Полли тем же ровным тоном, каким докладывала про тиражи. — С девочкой, с которой он приехал. Девочке семнадцать, я тайком глянула документы в ее сумочке. Приехали в служебной машине.

Вот тут я наконец повернулся к ней целиком.

— Вы без меня проводили вечеринки?

— Две, — Полли пожала плечами.

— Кто разрешил?

И Адлер посмотрела мне в глаза и сказала ровно то, чего я от неё и ждал, и чего боялся больше всего.

— Кит, Москва ждать не будет. Они хотят результата.

Я породил монстра, который теперь живет своей жизнью. Кинг-Конг полезла на Эмпайр стейт билдинг.

Поместье в Холмби-Хиллз, а это покруче Беверли. Бассейн, речка, грот, четыре спальни, бренд-резиденция журнала «Ловелас». Две вечеринки в мое отсутствие.

И Полли, которая ходит по этому дому с перламутровым биноклем, блокнотиком и «Миноксом» в тайных комнатах. И она в своей стихии. Именно этим она и занималась в Нью-Йорке двадцатых.

Сюда приезжают главы студий. Губер, мэр. Актёры первой величины. Сенаторы, я подозреваю, тоже. Прокуроры и судьи. Все мужчины и все они привозят с собой совсем не жён. Или находят прямо тут…

Я своими руками, на свои деньги, по собственному проекту, построил самую большую медовую ловушку в истории Соединённых Штатов!

И передал её советской разведчице.

— Тебя, кстати, наградили? — прервала мои размышления Полли.

— Да.

— Ленина?

— Что ты, — испугался я. — Такой же, как у тебя.

Она кивнула. И, кажется, была этому по-настоящему рада: одинаковый орден у куратора и агента — это уже почти семья.

А я подумал, что у меня, похоже, талант.

— И как это использовать? — спросил я тихо.

— Москва решит. Как ты сказал, наше дело маленькое.

— Так что Аарон?

— А, Штейн… — Полли закрыла сумочку. — У него жена, Кит. Ты её видел?

— Нет.

— Сталь и алмаз. Не характер — сплав. Если он тут напьется, снимет девочку и пойдет в грот, завтра он окажется без яиц.

Я засмеялся. Да, такое бывает. А Полли все пасет, за всем следит… Вот мой главный алмаз.

— Завтра в офис поедешь, там всё и решишь, — сказала она. — А сейчас иди к гостям.

— Ага, — сказал я, — только дай-ка мне ещё раз бинокль.

Потому что через плечо Полли, в другом окне, я увидел на краю бассейна близняшек. Они стащили топики бикини, поливали друг друга шампанским из бутылок.

Одинаково изогнувшись, одинаково подняв локти, одинаково склонив головы в разные стороны. И это вызвало такой вопль толпы, что мы услышали через стекла окна.

— Пойду, загоню их в дом — Полли тяжело вздохнула — Иначе быть беде.

— А…

— Даже не думай!

— Я и не думаю.

— Ты думаешь, у тебя лицо одухотворенное такое. — Она отобрала бинокль и защёлкнула сумочку.