Книга Жестокое общество, страница 43 – Морган Бриджес

Не буду скрывать – особенно приятно, что одним из них оказывается Бенджамин. Повезло, что я не отстрелил ему яйца. Чертов осквернитель семейных очагов!

Оставив позади пять «трупов», продвигаюсь к задней части здания – большой открытой зоне, которая ставит меня в заведомо невыгодное положение. Глубоко вдыхаю и осторожно вхожу в помещение, держа оружие наготове. Остался последний противник.

Прочесываю пространство, и тут из укрытия выскакивают одновременно две цели. Реагирую мгновенно: оба противника «погибают», украшенные характерным всплеском краски. Итак, я устранил семерых.

Уже собираюсь выходить, но тут взгляд цепляется за нечто неожиданное на столе в углу – фотографию.

Делайла. Смотрит прямо на меня. Я хмурюсь, выбитый из равновесия тем, что увидел ее снимок в таком неожиданном месте.

И тут голову резко отбрасывает назад – в защищенный маской лоб бьет краска. По прикрывающей лицо панели стекает неоново-розовая струя – ярчайшее свидетельство того, что я отвлекся и потерял концентрацию. Стоящий в другом конце комнаты Эрик опускает пейнтбольное ружье. Потом снимает маску и смотрит на меня с ухмылкой.

— Понравился подарочек? – он указывает подбородком на фотографию.

— Отсоси, – цежу я.

Он же лыбится все шире и противнее.

— Предпочту, чтобы это сделала твоя невеста.

Резко разворачиваюсь, пока не натворил дел, о которых пожалею. Правила мне известны, нет ни малейшего желания испытывать терпение Ордена. Тем более что на носу новые Испытания.

— Что такое, Икс? Не удовлетворяешь свою девчонку? Не переживай, я с радостью помогу. Подарю ей удовольствие, которого ей так не хватает.

Глаза застилает красная пелена. Развернувшись, поднимаю ружье. По комнате разносится грохот, Эрик шипит от боли. Хватается рукой за плечо, обтянутое запятнанной краской рубашкой, куда я попал.

— Охренел, Донован?!

— Скажи спасибо, что не выстрелил тебе в рожу, – пожимаю плечами я.

В комнату влетает мрачный инструктор.

— Донован, ты знаешь правила! Никакого контакта вне обозначенной зоны. Я снижу тебе оценку.

— Оно того стоило.

Он даже не отвечает, просто приказывает рекрутам покинуть помещение. Выхожу вслед за другими, а он уже орет:

— Следующий, давай уже, шевели булками!

В груди все еще пылает гнев. Я злюсь не только на выбившего меня из колеи Эрика, но и на себя за то, что позволил себе отвлечься. Да, из-за Делайлы я способен потерять контроль. Она – моя слабость. А у меня не может быть слабостей. Ни здесь, ни в реальном мире, где последствия куда серьезнее, чем плевок краски в рожу.

Снимая шлем, чувствую, как внутри крепнет решимость. Нужно взять эмоции под контроль, не позволять им сказываться на работе. Но стоит мне подумать о Делайле – ее улыбке, тепле, которое она вносит в мою жизнь, – как я понимаю: так просто их не выключишь.

Как я могу остановить сердце, если оно принадлежит не мне, а ей?

Окно в моей комнате в общаге занавешено сиреневой занавеской, утренний свет за ней сменяется вечерним. Комнату, наверное, уже стоило бы называть комнатой Рэйвен, ведь ночую я в основном у Ксавье. Мы давно не занимались сексом, но мне уже трудно уснуть, если он не прижимается ко мне, если его дыхание не касается кожи, а руки не обнимают меня, как самое ценное сокровище.