Книга Жестокое общество, страница 53 – Морган Бриджес

— Какая жадная. – У него вырывается низкий брутальный смешок.

Ксавье вынимает пальцы, проводит ими по моему бедру, оставляя влажный след, и у меня вырывается протестующий рык. Он подносит вымазанные в смазке пальцы к моему рту и предлагает облизать их.

— Открой рот.

Я размыкаю губы, и он вводит пальцы в рот, мазнув ими по языку. От острого солоноватого вкуса собственного возбуждения у меня во рту все взрывается. Так эротично, так запретно – моя киска сжимается от ощущений.

— А тебе нравится, – констатирует он.

Потом вытаскивает пальцы из моего рта и ведет рукой вниз по телу, по все той же влажной дорожке на бедре. Мышцы сжимаются в предвкушении, сердце колотится. И хотя я широко раскидываю ноги, когда он вводит в меня пальцы, все равно оказываюсь не готова.

Меня всю трясет. По телу прокатывается наслаждение пополам с болью.

— Черт!

— Ш-ш-ш. – От шепота Ксавье моя киска сжимается вокруг его пальцев. – Охренеть, какая ты узкая. Дай мне чуть-чуть тебя растянуть.

Он работает рукой, сгибает пальцы внутри и нажимает на точку, от которой по всему телу разлетаются искры. Давит, давит на нее, и я сдаюсь, просто роняю голову на грудь. Стараюсь не тереться об него, но тело не слушается, скачет на его руке в погоне за обещанным удовольствием.

— Вот так, – шепчет он. – У тебя получится.

Он все двигает пальцами у меня внутри, гладит, дразнит. Напряжение растет, удовольствие все ближе, и вот я уже на самом краю.

— Ксавье, пожалуйста.

— Обожаю, когда ты умоляешь, – жарко дышит он мне в ухо. – Скажи, что тебе нужно.

— Твой член внутри.

Его пальцы замирают, и я сглатываю стон.

— Ты не готова к сексу, – строго возражает он. – Я могу сделать тебе больно в процессе. Кончить я тебе дам, но о большем не проси. У меня ни хрена не железная воля. Поняла?

Я бы поспорила, но мне так хочется кончить, что я киваю – я сейчас на все соглашусь.

— Да.

Он начинает двигать пальцами еще сильнее, еще быстрее, вводит их все глубже. Большой точно и ловко давит мне на клитор. Бедра трясутся, все тело дрожит.

— Давай, – командует он. – Отдайся мне полностью.

Его приказ толкает меня за край, и я падаю, содрогаясь. Оргазм накрывает с головой, опрокидывает меня, качает на волнах удовольствия. Я прогибаюсь в спине и хочу закричать. Но Ксавье крепко страстно хватает меня за горло. Смотрю на него. Взгляд у него жаркий, глаза из серых сделались темными.

— Никто, кроме меня, не услышит твой крик.

С этими словами он прижимается к моему рту, языком заставляя разомкнуть губы. А сам двигает пальцами все быстрее, продлевая оргазм, и вот я уже не могу этого выносить, на глаза наворачиваются слезы. Пульс зашкаливает, дыхание срывается, в груди больно.

И вдруг Ксавье замирает, и я падаю на него спиной, упираясь затылком ему в плечо.

— Хорошо, да? – спрашивает он.

— М-м-м…

— Пожалуйста, – смеется он.

В глазах его пляшут смешинки, а потом исчезают так же внезапно, как появились. И заменяет их жестокий огонек.

— Не благодари пока, маленький ястреб. Это был лишь первый оргазм за ночь. Скоро ты кончишь столько раз, что твоя киска распухнет и уже не сможет впустить мои пальцы.

— Новобранцы, вперед!

Интимный флер, окутывавший нас с Ксавье в последний час, прорезает резкий властный приказ, напоминая о мире, в котором нам приходится жить – мире опасности, теней и ежеминутно преследующего нас долга.