Книга Любовь под прицелом, страница 163 – Кристина Янг

Андрей еще взял мою правую руку за запястье и поднял ее на уровень моего лица.

— Ты говоришь мне эти слова, имея вот это на пальце?

— А почему ты злишься? Или думал, что я останусь ждать тебя и дальше после того, как ты бросил меня по телефону? — Ярость вывалилась наружу, стоило мне вспомнить о его необъяснимом поступке. — Ты бы мог сделать это лично.

— Слишком много чести, — сухо сказал он. — Преодолеть тысячи километров, чтобы сказать, что я тебя бросаю, потому что засомневался в твоей верности.

— Ах так? — удивилась я. — Значит тебе было недостаточно моих слов? Значит тебе все-таки было проще бросить меня, а не попытаться сделать хоть что-то, чтобы мы были вместе.

Я выдернула свою руку из его хватки. Чем больше злился Андрей, тем сильнее он сжимал мое запястье. Я сделала шаг назад, чтобы увеличить между нами расстояние. Горло сдавили отчаяние и обида. Я смотрю на Андрея и вспоминаю свое состояние, когда меня мучила всепоглощающая тревога за него. Особенно когда я услышала о начале специальной военной операции и сделала железобетонный вывод о том, что Андрей точно отправится туда. В дни, когда я тревожилась и боялась за его жизнь, когда я мечтала увидеть его живым и невредимым, он каждую секунду ненавидел меня из-за своих сомнений.

Сегодня мой здравый рассудок разогнал рассеянный дым, и я четко и трезво смогла проанализировать ситуацию между нами. И с тяжелым сердцем озвучила свой вывод:

— Я всегда боролась одна за нас. Ты всегда сомневался. И, наверное, я все-таки устала. Да, хорошо, что мы перестали мучить друг друга и расстались.

Я смотрела прямо в его холодные глаза. Раньше этот океан был теплым, и я ныряла в него с удовольствием. А теперь он неимоверно холодный, и если я нырну, то замерзну, превращусь в ледяную статую.

— Да, пожалуй, ты права. Я изначально не хотел быть с тобой, чтобы сохранить стабильность. — Андрей сглотнул. Я едва держала слезы горечи, вызванные этими болезненными словами, уничтожающие мое сердце напрочь. Но все равно продолжала отвечать на его прямой взгляд. — Этот жизненный путь можно отрезать, как что-то бесполезное.

— Я жалею, что потратила на тебя почти три года своей жизни, — тяжело парировала я из-за того, что горло связалось в тугой узел после его последней жестокой фразы.

И чем я это заслужила? Военное дело изменило его. Превратило в безжалостного монстра. И даже мое существование в жизни Андрея не спасло его сердце. Теперь оно наполнилось нещадностью и почернело.

Сегодня мы расстались официально, с глазу на глаз, как я и хотела, чтобы он это сделал. Но как я и предполагала, смотря в эти глаза, мое сердце разваливается, и я едва держусь на ногах.

— О, Князева уже подцепила себе кого-то.

Позади послышался тонкий смех позитивных девушек, с кем я приехала. Андрей хмыкнул.

— Добрых снов, Князева, — с пренебрежением выплюнул он.

Андрей прервал наш глазной диалог, а затем прошел мимо меня и покинул палатку.

— Я лягу здесь.

— А мне достанется эта. Боже, какие неудобные.

Я продолжала слышать голоса будто из-под тумана, словно только-только отошла от наркоза. Я сглотнула и вытерла одну непрошеную слезу со щеки, которую не смогла сдержать сразу после ухода Андрея. Он вывернул мою едва восстановившуюся за четыре года душу наизнанку и оставил с этой болью. Выполнил свою миссию, отомстил за что-то и с чувством выполненного долга ушел.