Книга Возвращение домой, страница 35 – Диана Мершери

— Я сейчас работаю стюардессой в компании отца. Мне нужно решить вопрос с финансами, чтобы хоть как-то выжить после того, как он закрыл мои банковские счета и выгнал из квартиры за угон самолета, вульгарные выходки и дебош, учиненный подругой в аэропорту, – мне приходится загибать пальцы, перечисляя. – Думаю, вопрос о целях немного некорректен, учитывая, что еще несколько месяцев назад моим единственным желанием были бесконечные вечеринки, – быстро проговариваю я, и моих губ касается стакан с водой, который ставит освежительную точку в этой продолжительной речи.

Кухня погружается в тишину, лишь телевизор, включенный Светланой, тихонько передает скучные новости.

Есть такая категория людей, которые из вежливости предпочитают не комментировать странность некоторых ситуаций. Чертовски приятно, что мама Полины интересуется не только моими планами на будущее, но и тем, что я ела за день.

Еще Светлана напоминает, что я могу оставаться у них, сколько душе моей угодно, но я слишком горда и не планирую злоупотреблять гостеприимством. Придется думать, что делать дальше.

После вкусного ужина, приготовленного Полей, я звоню дяде Олегу, который вчера опечатал дверь моей квартиры, и прошу привезти мою летную форму. Мужчине требуется несколько часов, чтобы решить эту проблему, но вскоре на пороге моего временного убежища уже стоит курьер с темным чемоданом. По всей видимости, квартиру у аэропорта отец еще не продал. Наверное, ему пока некогда этим заниматься. Что ж, назло ему не буду унывать.

Готовлю сумку на завтрашний рейс и невольно задумываюсь о своей новой жизни без средств к существованию. Паршивое ощущение безнадежности накатывает на меня, но я отчаянно твержу себе не падать духом и не терять уверенности в том, что смогу со всем справиться.

Дороговизна и недоступность, роскошь и богатство – вот что олицетворяет авиакомпания «КиЛайн». Двадцать лет назад мой отец собрал учредителей и открыл бизнес. Он не только руководил, но и сам пилотировал самолет. Когда-то отец брал меня в свои поездки, но сегодня предпочитает об этом не вспоминать. Он вообще не любит говорить о моем детстве.

Сейчас уже сложно себе представить, что когда-то я была примерным ребенком, готовым из кожи вон вылезти, чтобы понравиться взрослым, а особенно родителям. Это хорошая черта подрастающего поколения и пожизненная удавка одновременно.

Не успев открыть глаза, сразу звоню отцу. Он поднимает трубку и быстро сообщает, что очень занят и просит его не беспокоить, пока он в поездке. Тогда я набираю номер бухгалтерии авиакомпании. Отвечает женщина, которая ясно дает понять, что заработную плату наличными она выдать не может, ведь такого приказа у нее нет.

— Что ж, я тоже не смогу обещать вам защиту, если мой отец вдруг решит вас уволить, – выпаливаю я, теребя завязки Полинкиной пижамы. На меня смотрит ее плюшевый медведь, из уха которого торчит нитка.

Женщина обещает решить вопрос и связаться со мной позже.

— Так-то лучше!

День начинается хорошо. После принесенного Полиной в постель какао звонит мама с предложением прислать мне некоторую сумму. Окруженная такой заботой, я даже теряюсь. Мы договариваемся, что мама переведет деньги на карту Полины, поскольку мои счета заблокированы.