Книга Босс, ваше алиби – я, страница 37 – Алекс Скай

— Это мы уже поняли.

— Нет. Я не про сам файл.

Я свернула повреждённую копию и снова открыла таблицу со ста восемьюдесятью семью миллионами. За последние два дня передо мной возникло столько следов, что любой человек, впервые увидев материалы, составил бы вполне убедительную историю. Генеральный директор подтверждает странные платежи. Финансовый директор начинает задавать вопросы. Его находят в кабинете генерального. Рядом лежат документы с подписями генерального. Часть операций, которые вообще не требовали согласования Артёма, почему-то всё равно содержат его имя.

А когда появляется свидетель, способный дать Артёму алиби, её собственный пропуск загадочным образом оказывается возле места происшествия. Потом выясняется, что и её имя присутствует в старых документах. Слишком много ответов. И почти ни одного настоящего вопроса.

— Что именно вас беспокоит? — спросил Артём.

Я развернула ноутбук к нему.

— Вы.

— Очень широкая формулировка.

— Привыкайте.

— Уже поздно.

Я проигнорировала возвращённую мне шутку.

— Если завтра сюда придёт внешний проверяющий, который ничего не знает ни о вас, ни обо мне, что он увидит?

Артём сел напротив.

— Очевидно, сейчас вы мне расскажете.

— Он увидит финансового директора, который нашёл подозрительные операции. Потом увидит вашу фамилию в документах. Потом ваш кабинет. Потом сообщение Павла вам. Потом ещё десяток ваших согласований. Даже если инцидент с Павлом убрать из картины совсем, основная версия уже готова.

— Что я выводил деньги через подрядчиков.

— Да.

— И зачем тогда понадобилась ваша подпись?

— Чтобы показать, что схема не ограничивалась вами. Или чтобы в нужный момент появился человек, на которого можно перевести часть ответственности.

— То есть вы.

— Например.

Я открыла документ от двадцать второго апреля.

— Посмотрите, насколько удобно. Вот моя фамилия до назначения. Вот ваше имя там, где ваше согласование не требовалось. Вот удалённый отчёт Павла. Вот отключённая камера. Вот мой пропуск.

Артём нахмурился.

— Вы хотите сказать, что доказательств слишком много?

— Я хочу сказать, что они слишком хорошо рассказывают историю.

Он несколько секунд смотрел на экран.

— Настоящий преступник тоже оставляет следы.

— Конечно. Только настоящие следы обычно приходится собирать. Они противоречат друг другу, ведут в разные стороны, требуют объяснения. А здесь половина материалов словно специально разложена по папкам с надписями: «Посмотрите на Романова».

— Вы сейчас пытаетесь убедить меня в моей невиновности?

— Нет.

— Жаль.

— Я пытаюсь понять, почему тот, кто выводил деньги несколько лет, внезапно оказался настолько неосторожен, что оставил фамилию генерального директора даже на платежах, которые генеральный вообще не должен был видеть.

Артём откинулся на спинку стула.

— Возможно, потому что рассчитывал, что никто не соберёт документы вместе.

— Тогда зачем Павлу понадобилось уничтожать собственный отчёт?

— Вы уверены, что его уничтожил не он сам?

Я остановилась.

— Нет.

— Почему вы сразу решили, что кто-то другой?

Мне не понравился вопрос. Именно потому, что он был правильным.

— Не знаю, — признала я. — Возможно, Павел понял, что ошибся.

— Или испугался собственных выводов.

— Или хотел перенести информацию в другое место.

— Или кто-то действительно удалил файл.