Книга Сводные. Я тебя уничтожу, страница 53 – Яна Лари

Дома мы по привычке выбираем мою комнату. Я незаметно запираю дверь.

— А помнишь, я ещё говорила, что тебе никогда услышать моё «да»? — произношу посерьёзневшим тоном, спуская рукав платья с плеча.

Напускное веселье с Яра слетает на раз… Губы сжаты, глаза непроницаемы…

От волнения колотит. А с другой стороны, может, вот так и надо лишаться невинности — спонтанно, когда просит сердце и хочется не на словах сказать «люблю».

Тая

— Отличная была свадьба! — Яр наигранно улыбается, отворачиваясь к окну. — Уже поздно. Я пойду к себе.

— Мы дома совсем одни. Останься… Нас до утра никто не потревожит, — стараюсь голосом не выдавать смущения. Это не так просто…

— Брось, ты же правильная, умная девочка, — произносит Яр мягко, почти ласково, и я чувствую, как от этой нежности у меня щемит сердце. Но от его мимолётного потемневшего взгляда дух перехватывает.

— Мне надоело быть правильной. — Бесстрашно шагаю к нему.

Яд сегодняшних откровений не позволяет отступить. Я хочу, чтобы у Яра не осталось сомнений — он мне нужен. Есть как минимум один человек, для кого он — весь мир.

Руки сами к нему тянутся. Осторожно касаюсь напряжённого плеча… Ткань рубашки под моими пальцами не может скрыть волну прокатившейся дрожи.

Яра колотит.

Я сама едва дышу от волнения.

— Ты просто переутомилась сегодня, — хрипит он, не поворачивая ко мне головы. — В тебе чудит усталость и шампанское.

— Чудит?.. Пф-ф… Очнись, Чалов, я пила только воду! Ты же рядом сидел, — невольно повышаю голос.

Яр ведь сам перед свадьбой едва не ввалился в спальню за мной. Или как понимать его: «Вообще не хочу на тебе что-либо видеть»⁈

Передумал вдруг? В жизни не поверю. Его колбасит так, что много опыта не надо, чтобы понять причину.

— Ну разумеется, — его срывающийся шёпот проходится по оголённым нервам. — Не кипятись, Тая. Ладно? Я просто хотел сказать, что ты не в себе.

— Я в порядке.

Яр всё-таки оборачивается. Под его жгучим взглядом дышать не могу. Воздух плавится.

Я никому себя не предлагала, не может же он этого не понимать⁈

Вижу, что понимает. И это осознание рвёт ему крышу.

А ещё говорит, что я не в себе. Сам едва держится: дышит шумно, через рот, в глазах — пламя. Смотреть страшно. Но и отвернуться не могу, затягивает…

Я медленно приспускаю и второй рукав, собираясь сломать его сопротивление, но Яр удерживает меня, поймав за подбородок. В следующую секунду губы обжигает поцелуем, настолько жадным, болезненным и диким, что я пошатываюсь от его напора. Он запускает пальцы в мои волосы, с рычащим стоном прижимая меня к себе.

Горячая ладонь скользит вдоль позвоночника, касаясь обнажённой кожи. Инстинктивно сминаю рубашку под лопатками, ощущая его сердцебиение через слои ткани. Нас одна на двоих лихорадка шатает…

Отрываюсь только, чтоб выдохнуть раскалившийся воздух из лёгких и снова обратно тянусь, но Яр вдруг отстраняется, словно от огня.

Мне требуется несколько секунд, чтобы стряхнуть хотя бы часть дурмана. Со всей отчётливостью понимаю, что Чалов не собирается продолжать.

Он отказывается от меня.

Теперь уже я дёргаюсь от него. А Яр наоборот — за мной.

— Прости, я… чёрт возьми… — выдыхает он после долгой паузы, за время которой я успеваю натянуть обратно рукава и пальцами до боли вцепиться себе в плечи. — Так не должно быть.