Книга Цыганская невеста, страница 108 – Яна Лари

Врач вчера настоял на необходимости обследоваться обоим, но выпитый накануне коньяк и посещение сауны сделали невозможной сдачу спермограммы тем же днём. Впрочем, муж настолько в себе уверен, что надеяться будто проблема в нём наверняка нет смысла. Отсрочка у меня всего лишь в пару дней.

Вот где справедливость?! Сестра не искала счастья, оно само её нашло, мне же всегда приходилось чуть ли не зубами его себе выгрызать, чтобы в довершение вчерашнего ада вернуться домой и услышать, как Жека – человек, принявший мои честь и сердце – попросил мать подыскать ему полноценную жену. Та чуть ли не с бубном от счастья плясала, пока он невидяще катал кефир по дну стакана. Уступил.

За окном детским смехом подрастает чьё-то – не наше с ним – счастье. А я наскоро собравшись закрываю за собой дверь, ни во что уже не веря, ни на что не надеясь, ослеплённая отчаянием и бешеной жаждой уничтожить источник зла. Если загвоздка не в муже и не во мне, то остаётся только Рада, больше некому.

Найти Князева особых проблем не составило. Не так уж и велик наш городок, чтобы за столько лет не разглядеть знакомое лицо среди грузчиков центрального "хозмага". Время – обед. Паша курит стоя на рампе, в стороне от разливающих по пластиковым стаканам пиво товарищей.

— Рада просила поблагодарить тебя за леденец и внимание к детям. Весьма своевременно, – уведомляю, опуская приветствие. Юрко преодолев разделяющие нас четыре ступеньки, нагло вытаскиваю из лежащей на перилах пачки сигарету. Паша, подняв на меня заинтересованный взгляд, ждёт, пока прикурю, но искра всё не выбивается. Мешает тремор в кончиках пальцев.

— Да что ты говоришь, – хмыкает он, галантно щёлкая серебряной зажигалкой. Если проигнорировать комбинезон грузчика, надетый на выцветшую футболку, то парень запросто бы сошёл за беззаботного прожигателя жизни. Общительный, себялюбивый, незакомплексованный, умело пускающий пыль в глаза, невзирая на пустые карманы – неудивительно, что простодушная "сестричка" в своё время повелась на его сладкие речи точно кобра на флейту йога. Такие как Князев любят только себя. Бьюсь об заклад, что Рада цепляет его исключительно своей недосягаемостью. Эдакое проверенное временем средство потешить больное тщеславие.

— Зря ёрничаешь, – отзываюсь, закуривая. – Ей сейчас ох как не сладко.

— Что так, буржуйчик содержание урезал? – с показным равнодушием усмехается он, щелчком отправляя свой окурок в лужу.

Такс, об отъёзде Драгоша мы не в курсе. Значит, причина тем более неизвестна. Удачно.

— Бросил он её, – произношу, нарочито плавя на языке вожделенную сладость открывшихся ему возможностей.

— Что ты мелешь? – из-под небрежно взлохмаченной чёлки сверкнули покрасневшие от недосыпа глаза. Недоверчиво так, можно даже сказать насторожено. – Мы только вчера говорили, Рада об этом словом не заикнулась.

Почти подловил, зараза. Затянувшись, медленно выпускаю дым, выкраивая пару лишних секунд себе на раздумья. Гадай теперь, о чём они успели потрепаться. Князев, задумчиво уставившись на проезжую часть, постукивает пальцами по сжатым губам. Пока не определился, верить мне или нет. Пожалуй, стоит переключить его внимание и, не вдаваясь в подробности, сделать упор на очевидное.

— А ты ждешь, что она будет жаловаться или когда-то решиться сесть тебе на шею с двумя детьми? – снисходительно засмеявшись, качаю головой. – Я думала, ты лучше знаешь мою сестру. Видимо показалось. Ладно, мне пора, – равнодушно добавляю, тщательно маскируя собственный интерес. Пусть теперь сам подсуетится, так меньше предпосылок подозревать меня в притворстве.