Онлайн книга «Бывший моей соперницы»
|
Мне лениво ругаться, и больше не хочется в ней что-то менять. Вдруг до меня доходит, что между нами скандалы были только ради скандалов. Вся наша страсть держалась на голом адреналине. Стою оглушённый. Вспоминаю… Вдумываюсь… Из последнего — я разбил её телефон из-за звонка однокурсника в три часа ночи. Ира в отместку разбила мой байк. Я из вредности не пришёл домой ночевать. Наутро она притащила бедолагу к нам в гости. А потом, когда я спустил его с лестницы, мы почти сутки не вылезали из постели. А что у нас было кроме яркого секса? Затёртая до зубного скрежета пластинка: ругань до хрипа… щепки… и усталость от постоянного ожидания, когда грянет гром. Её поставили на паузу и всё посыпалось. — Ты меня любила когда-нибудь? Ира вздрагивает. Неуверенно сдувает с лица кудрявую прядь. Секунды ползут одна за другой… В них кадрами проносятся бьющие по мозгам огни стабоскопов, коктейли самых безумных расцветок, рёв мотора, кураж… Опять по кругу… И опять… Ничего не меняется. Всё громко, напоказ, оглушающе. Ни единого островка тишины и нежности. — А ты меня любил? Мы просто долго смотрим друг другу в глаза. И впервые отводим взгляд. Одновременно. — В каком-то роде... — обобщаю нашу растерянность. — Спасибо, что выслушал, Марк. — Улыбается с грустью. — Мне нужно было кому-то выговориться, здесь у меня никого больше нет. Я киваю. Провожаю долгим взглядом кудрявую копну. Откровенно говоря, слушатель из меня хреновый. Надо было поддержать как-то… Может, оно, конечно, к лучшему. Пусть Солнцев сам свои косяки разгребает. А меня наверху ждёт мой завтрак. Если повезёт — в красивой кружевной упаковке. Направляюсь к стойке, за которой сидит тётка с недовольным оплывшим лицом. Узнаю, где можно купить цветы. Романтик из меня так себе. Я прямой и напористый, не умею красиво ухаживать. Привык скопом брать всё и сразу, чаще женщины сами шли в руки. А тут вроде как надо сгладить углы, раз нарычал. Позавтракали, блин… За углом гостиницы нахожу цветочную палатку. Выбор, конечно, удручающий. Свежесть букетов тоже спорная. Присыпанные жуткими блёстками розы соседствуют с поникшими подсолнухами. Не уверен, что Надя оценит. Может снова фыркнуть. А нужно, чтобы ахнула. Я тоже рассчитываю на ответный «подарок». Н-да… Встряхнув один из вырвиглазных веников, вытягиваю с середины элегантную белую лилию. На «Ах!» не потянет, но ей по крайней мере должно зайти. — Цена как за полный букет! — Зыркает раздражённо цветочница. Рассчитываюсь. Времени на всё про всё и так убил немерено. Возвращаюсь, открываю дверь. В номере меня встречает слабый запах гари… В углу комнаты сваленный в кучу завтрак вперемежку с посудой. Прямо на моих белоснежных рубашках. На кровати поднос, сервированный одинокой пиалой. В пиале горка пепла с торчащей посередине брендовой биркой… — Приятного аппетита, — выцеживаю вслух приписку, оставленную на клочке розовой бумаги. — Фиалка… Ну звиздец тебе! Сжимаю кулаки от ярости, ломая стебель лилии. Хрен тебе, а не цветы, дорогая! Вызываю такси и еду забирать свою тачку. Делаю пару кругов по центру. Нет, я не буду бегать за ней как пацан, — убеждаю себя. Каким-то внутренним чутьём знаю, что Надя этого и добивается. Перебьётся, цаца неподкупная. Тут полный город красивых девчонок — выбирай любую! Но равнодушный взгляд ни на ком не задерживается дольше пары секунд. |