Книга Котенок Шмыг, авария и полный мандарин!, страница 20 – Яна Лари

— Что ты здесь делаешь? — Косится она на меня раздражённо.

— Пришёл за тобой поухаживать.

— Можешь не утруждаться.

— Я бы не стал. Но селфи в примерочной ещё не роман. — в ответ тоже изображаю полнейший пофигизм. Я же орк! Открыто симпатию выкажу — высмеет. — Кстати, забирай.

Протягиваю корзину с лилиями и прищуриваюсь. Восторгов не жду, но интересно, хоть спасибо скажет?

— Не стоило, — выдавливает Лада и начинает нервно рыться в сумке, будто других дел важнее нет. А у самой глаза на мокром месте, так она растрогалась.

Нравится? Я сам знаю, что нравится. Никакие уловки меня не обманут.

— Давай договоримся сразу, без цветов. — Показывает она за мольберты вглубь помещения.

Сто процентов будет ими незаметно любоваться. И ни за что ведь в этом не признается!

— Ага, они и не тебе. Улыбочку, — прошу, чтобы сделать наш совместный снимок с букетом, и заодно напомнить, что веник я для дела притащил.

Её злые глаза в этот момент ну просто восхитительны!

А как ты хотела? Не надо было кобениться. Будь проще, и к тебе потянутся люди.

Убираю корзину подальше на подоконник. За это время ей удаётся взять себя в руки.

— Если это всё, можешь идти, — роняет она с прохладой.

— Я заплатил за мастер-класс. Ты что меня прогонишь?

— А ты умеешь рисовать? — скептично фыркает эта зараза.

— Рисуют дилетанты, а я пишу шедевры. — Переплетаю пальцы и с вызовом в глазах хрущу суставами.

Есть у меня одна идейка на нескучный вечер. Если не сказать — несколько интересных идей.

А чтобы рисовать, талант необязателен! Смекалка и наглость выручат всегда.

Лада

— Лёгкими мазками наметьте основные формы: голову, туловище, лапы и хвост. Нам нужно в точности передать горделивую позу модели, — объясняю задачу участникам мастер-класса.

Но больше, конечно, поглядываю на Марата, который, кажется, решил сорвать урок.

Вот что он смехом давится?

Я уже в третий раз тайком одёргиваю на себе одежду!

— Кто-нибудь намекните модели, что «гордостью» необязательно сверкать буквально, — лениво отмечает он под дружные смешки присутствующих.

Ах, вот оно что...

Стоя спиной к креслу, я не могу видеть натурщика. И слава богу, потому что когда поворачиваюсь, лицо обдаёт болезненным жаром.

Честер, наш британец с порванным ухом, самозабвенно вылизывает хозяйство, высоко задрав заднюю лапу.

Блин. Вот оно ЧТО!

Почему Орк вдруг заострил на этом внимание?

Неужели, камень в мой огород?..

Ну а в чей же!

Разумеется, в этом нет ничего криминального. Подумаешь, кот намывается! Но я прямо чувствую, как впалые щёки Марата едва ли не лопаются от ехидного смеха.

Весь день его избегала, так он сам меня как-то нашёл.

Издеваться пришёл, гад такой.

Оно и понятно. Он всего-то просил меня подыграть, а я… заигралась! Не я, если на то пошло, а бабушка, но Марат ведь этого не знает. Да и кто поверит, что степенная пенсионерка отмочит вдруг ТАКОЕ?

Боже, как ему теперь в глаза смотреть, кто бы сказал?

— Честер, фу! — Кидаю в кота резиновым мячиком. — Честер, мать твою! — в истерике топаю ногой.

Но Честер тёртый калач, не ведётся.

Зато Марат не упускает случая вставить свои пять копеек.

— Что сразу «фу»? Что естественно, то не безобразно. Перефразируя: пусть первым бросит мячик, кто сам ничем таким хоть раз не занимался.

Это намёк, что я... ну, не прочь отдать цветок на полировку?