Книга Ни в мать ни в отца, страница 35 – Дарья Волкова

* * *

Евдокимовы пришли через полтора часа. Пока Лесь и Руслан-младший бурно здоровались — будто не виделись минимум месяц — Ладе протянули бутылку.

— Реально лимонад. Пацанам.

— А ты… не зайдешь?

— Не. Пойду домой досыпать. Чего еще делать первого числа? Как надоедят — звони, заберу.

Лада смотрела на закрывшуюся дверь. Вот тебе и «привести себя в порядок». Зачем, спрашивается?

* * *

Новогодние каникулы пролетели как-то незаметно. И первый же день в школе у Леся принес и новую задачу.

— Мам, у Руслана день рождения в субботу!

— Замечательно.

— Меня пригласили! Надо купить подарок.

Лада вздохнула и отложила телефон. О Евдокимовых вообще, и о среднем представителе этого семейства в частности она старалась не думать после первоянварского фиаско. Хотя какое там фиаско? Просто ей впервые за время после Арсения стало не все равно, что подумает о ней посторонний мужчина. Захотелось для него прихорошиться, принарядиться. А это оказался холостой выстрел.

— И что ты будешь дарить?

Лесь почесал затылок.

— Ну… Я думал… Может, ты спросишь у папы Руслана… Или у дедушки… Что ему подарить?

— Ничего себе! Это твой друг, а ты не знаешь, что ему подарить?

Но Елисея не так-то просто было сбить с толку.

— Я думал, краски там подарить. Он же рисует. Но какие — не знаю. А деда Леша точно знает.

Лада вздохнула. Лесь ее поймал. Но звонить и узнавать ей не хотелось. Ни Алексею Валентиновичу, ни, тем более, Руслану-старшему.

— Слушай, у нас в торговом центре есть большой магазин, «Палитра», кажется. Там всякое для художников продается. Давай там купим подарочный сертификат? А Руслан потом с дедушкой пойдет и сам выберет, что ему нужно?

— Давай!

— А кто там еще будет, кроме тебя?

— Вероника.

Лада внимательнее посмотрела на сына. Нет, ей не показалось.

— Что за девочка?

— Да девчонка как девчонка, — деланно равнодушно дернул плечом сын.

Однако.

— Нравится она тебе? — спросила Лада как можно мягче.

— Она Руслану нравится, — скорчил гримасу Лесь. — Он ее рисует!

— А тебе?

Елисей буркнул что-то, похожее на «Немного» и ушел обратно в Нарнию, оставив мать в задумчивости.

* * *

— Сколько у нас народу завтра?

На подоконнике деловито шумел тестомес, дед, закатав рукава, перемешивал начинку. Стало быть, пироги будут. Хоть какой-то прок от детского дня рождения. У Руслана в этот день всегда стабильно хреновое настроение. Все еще саднит внутри, хотя уже девять лето прошло. А все никак забыть не может. Не может найти ответ на вопрос: «Почему⁈ За что⁈».

— Трое их будет. Русик, Лесь и Вероничка.

— У нас завтра будут разыгрываться драмы любовного треугольника? — Руслан потянулся к начинке и получил по руке.

— Перестань, что ты как маленький! Ты знаешь, что Русику эта девочка очень нравится?

— Знаю. А ты ее знаешь? В смысле, девочку эту?

— Маму видел. Хорошая женщина, положительная.

Руслана так и тянуло спросить: «Как Ладушка?». Но удержался.

— Ну, у нашего шансов нет.

— С чего ты взял?

— Я так понял, они с Елисеем оба по этой Веронике сохнут.

— Да, Русик мне говорил, — дед со вздохом сел за стол. — Но с чего ты решил, что шансов нет?

— Ну, подумай сам, — Руслан устроился напротив. — Девчонки активных любят. Сильных. Таких вот, как Елисей. А наш… нюня.

— Руслан!

— Ну, нежный он, — поморщился Руслан. — Я ж не говорю, что не люблю его. Люблю. Какой есть — такого и люблю. Но ты ж сам говорил, что его там обижали в классе, дразнили, он плакал. Как это сейчас называется… Буллинг, что ли?