Книга Ни в мать ни в отца, страница 44 – Дарья Волкова

Лада взяла телефон и замерла. А если он спит? После таких потрясений? Может, Руслану-старшему позвонить? Или лучше написать? Но ей вдруг захотелось услышать его голос. Не зло фыркающий всякие гадости, а вот… Вот так остро захотелось, что…

Лада решительно разблокировал экран. Руслан ответил сразу.

— Привет.

— Привет. Я звоню узнать, как твой отец? Мне Елисей и мама все рассказали. Спасибо, что развез их по домам, кстати!

Фу, как она тараторит! И волнуется почему-то! Нельзя так, ты же взрослая женщина.

— Да мне-то за что спасибо. Это маме твоей спасибо. Она там все разрулила по-генеральски. Шикарная женщина. Богиня!

— Не смей так говорить моей маме! — Лада мгновенно вскипела, даже забыв на время о болеющих Евдокимовых.

— Почему? Она, правда, крутая. Лад, ты чего? Я серьезно, без подколов. У тебя матушка — мега-женщина.

Негодование схлынуло так же мгновенно, как накатило. Лада медленно выдохнула.

— А я думала, ты издеваешься. Как… в прошлый раз.

Теперь и из трубки послушался медленный выдох.

— Нет. Я серьезно. И… Извини за прошлый раз.

Лада поймала себя на том, что прикусывает губу, чтобы улыбка не расползлась на все лицо.

— А… Ну… Ладно. Проехали.

— Проехали.

— А как Алексей Валентинович? И Русик? Как они сейчас?

— Да ничего вроде. Дед задремал, давление в норме. Руська вон левой рукой бутерброд себе пытается сделать. Да, с тетей Ладой, — это уже явно не ей. — А, вон, рукой машет. Привет тебе передает.

Лада перестала сдерживать улыбку.

— И ты ему привет передай. Скажи, что рука до свадьбы заживет.

— До чьей?

Лада закашлялась.

— До его. Естественно, до его.

— Ладно. Передам.

— Ну… Все тогда. Отдыхайте. Пока, Руслан.

— Пока, Лада.

Лада отложила телефон, не преставая мечтательно улыбаться. И улыбка тут же сползла с губ. На кухню зашел Елисей, с таким лицом, что у Лады мгновенно и остро сжалось сердце. Да что могло случиться, только что же все нормально было⁈

— Что случилось? — Лада хотела встать, но Лесь подошел первым. Лада инстинктивно раскинула руки, и Елисей вдруг прижался сам, ткнулся носом в плечо. Да что случилось⁈

— Мам… — заговорил он хрипло. Будто сдерживал слезы. А слезы и Елисей — это давно несовместимые понятия, он последний раз плакал, наверное, еще в младенчестве. Ну, или в каких-то совсем исключительных случаях. — Мам… А это с Русланом… Из-за меня случилось, да?

— Что случилось?

— Ну… Что он руку… Ну, что теперь рисовать не сможет.

— Да ты-то тут при чем? Или… — тут Ладе стало совсем худо. Она боялась, что с дружбой мальчиков что-то случится. А тут эта Вероника. И комиксы… — Лесь, ты, что, толкнул Руслана⁈

Елисей дернулся, отшатнулся.

— Нет!

— Тогда почему ты виноват? — Лада едва сдержала шумный вздох облегчения.

— Ну… Я… Я завидовал Руслану! — сын вытер плечом щеку, будто там что-то было, на этой щеке. — Его ж раньше дразнили все! А потом я с ним… И он со мной… А теперь он такой популярный стал! Все к нему с этими комиксами лезут! И Вероника… — сын сердито шмыгнул и отвернулся.

Ладе стало стыдно за то, что она на секунду подумал плохо о сыне. Подумала о том, что он мог специально толкнуть Руслана. В принципе, с учетом приступов агрессии сына, это был не самый невозможный сценарий, но… Но теперь Лада была уверена, что нет. Такого Лесь с Русланом сделать не мог.