Книга Дар или проклятье для полубога. Одна душа на двоих, страница 66 – Лина Бестина

Также, в течение дня, он отпаивал меня своим гадким отваром. Чувствовала себя при этом несравненно лучше, но пить эту муть каждый раз оказывалось тяжёлым испытанием. Вдобавок ко всему, напиток придавал сил, и я смогла преодолеть большое расстояние почти без особого труда.

Воспоминания мало-помалу возвращались. Хоть и были какими-то кривыми и неправильными. Некоторые виделись четче, а другие казались настолько нелепыми и смутными, что походили больше на дурной сон, нежели на реальность.

Макс орудовал топором, сооружая шалаш из палок и большущих листьев с неизвестного для меня дерева. Потому что нормальные палатки из дома Алексы забрать не получилось. А я разводила костёр, чтобы приготовить чего-нибудь съедобного. После целого дня, проведенного на одном лишь отваре, во мне проснулся нехилый аппетит.

Готовить из того, что есть было крайне сложно. Потому как на рынке обходили стороной почти все продуктовые прилавки. Кто ж знал, что Харон явится так не вовремя?! А по изначальному плану предполагалась вылазка за провизией только тогда, когда бы набрались сил и готовы были отправиться в дальнейшее путешествие.

Теперь же приходилось колдовать над собранными в лесу немногочисленными грибами и какими-то кореньями.

Макс лично собирал продукты, так как в этом лесу преимущественно ядовитые и кислотные болота, и почти всё то что растет напитано этой гадостью.

Закончив с приготовлением, собрала все котелки и отнесла поближе к шалашу. В целях безопасности, развели костёр на краю обрыва, а ночевать собирались чуть в глубине леса, на довольно добротном расстоянии от моря. Знали, что стражники идут за нами, потому продумали и эту возможность тоже.

Полубог уже заканчивал с постройкой, накинул невидимку поверх «крыши», оставляя только переднюю часть открытой. В случае опасности и на время сна укроем чудным покрывалом полностью. Сейчас же наш шалаш смотрелся более чем карикатурно. Будто у него только одна стена и больше ничего нет.

Вернувшись к костру, открыла кулон, подаренный Натой, и надела кольцо. Эмоции и чувства вновь покинули меня, но появилась возможность прибрать очаг и скрыть следы огня. Просто сдула всё лишнее прямо с обрыва, остудила и припорошила обугленный камень пожухлой листвой, после чего вновь закрыла кольцо в кулон.

Это натолкнуло меня на всплывшее в мыслях воспоминание прошлой ночи. Одно из тех, что казалось глупым сном, ведь следов на теле так и не обнаружила.

— Чему улыбаешься? Я тоже хочу, — и не подозревала, что от этого воспоминания на губах гуляет улыбка.

Ну, спасибо! Теперь придётся рассказать свои бредни, может заодно и получится убедиться, что такого уж точно не было. Мне вполне хватило известия о том, что в самый серьёзный и ответственный момент на меня напала икота.

— Вдруг вспомнила кое-что. Только никак не могу понять, это было наяву или во сне.

— Расскажи. Уж точно помню много чего и помогу развеять твои сомнения.

— Как под покровом ночи я неслась верхом на медведе, почему-то пытаясь на нем удержаться, и орала песню — вези меня медведь, в свою страну медвежью.

В оригинале, конечно, в песне был олень, но вряд ли бы медведю понравилось, что его спутали с оленем.

Почему вслух это прозвучало не сказочно, как всплывали смутные образы в голове, а как нереальный бред?