Книга Лидория, страница 27 – Лин Эфа

— Да.

— А почему тебя все так боятся? Зачем все эти страшные байки о твоих зверствах?

— Уважают лишь того, кого боятся. — пожал плечами он. — Мне ведь как-то нужно удерживать свое положение. Иначе желающих занять Зеленый замок станет очень много. А я не намерен никому отдавать управление замком, это родовой замок, ним мои предки управляют много веков.

— Чем он так особен? Как взаимосвязано пророчество о гибели Лидории, моя сила и этот замок? — спросила я.

Ашинар замер на мгновение, его взгляд скользнул куда‑то вдаль, за пределы зала, словно он видел то, что скрыто от глаз. Затем он медленно повернулся ко мне и жестом пригласил следовать за ним.

— Пойдём, — сказал он. — Я покажу тебе то, что не видел никто из нынешних жителей Лидории.

Мы спустились по винтовой лестнице, ступени которой мерцали мягким голубоватым светом. Воздух становился всё тяжелее, насыщеннее древней магией. Наконец мы оказались перед массивной дверью, покрытой выцветшими рунами. Ашинар положил ладонь на её поверхность — и дверь бесшумно открылась.

За ней оказалось просторное подземелье, в центре которого возвышался огромный кристалл, пульсирующий багровым светом. От него расходились каналы, заполненные текущей магией, — они напоминали вены, пронизывающие тело.

— Это сердце Зелёного замка, — тихо произнёс Ашинар. — Но не просто артефакт. Это осколок древнего дракона, последнего из рода Хранителей Лидории.

Я ахнула.

— Дракона?

— Да. Много веков назад мир был на грани гибели. Магические потоки вышли из‑под контроля, грозя уничтожить всё живое. Тогда драконы — существа, воплощавшие саму суть магии Лидории, — решили принести жертву. Они отдали часть своей силы, заключив её в кристаллы, которые стали основой великих замков. Зелёный замок — один из них.

Он подошёл к кристаллу и провёл рукой вдоль его грани. Багровый свет отразился в его глазах, придав им странное, почти нечеловеческое сияние.

— Каждый замок стал регулятором потоков магии в своём регионе. Но сила драконов не вечна. Она угасает. И пророчество о «чужой звезде» — это предупреждение о том, что баланс вот‑вот рухнет окончательно.

— И я должна заменить угасающую силу дракона? — догадалась я.

— Не заменить, — поправил Ашинар, — а дополнить. Твоя магия — чужеродная, она не привязана к Лидории изначально. Это позволяет ей действовать как катализатор: она может перестроить потоки, не ломая их, а создавая новую, более устойчивую систему.

Я подошла ближе к кристаллу. Когда моя ладонь коснулась его поверхности, внутри вспыхнули образы: огромные крылатые тени, кружащие над горами; драконы, опускающиеся к земле и отдающие свою силу; последний из них, самый молодой, вплетающий часть себя в основание Зелёного замка…

Внезапно я заметила кое‑что ещё. В одном из видений последний дракон, принявший человеческий облик, был удивительно похож на Ашинара — те же черты лица, тот же гордый профиль. Я прикрыла ладонь рукой и перевела удивлённый взгляд на стоящего рядом со мной мужчину... Или не совсем мужчину...?

— Ты… Ты ведь не просто хранитель замка. Ты — последний из драконов, не так ли? — потрясенно выдохнула я.

Ашинар помолчал, затем медленно кивнул, он словно бы не хотел этого признавать. И смею предположить, что этой правды о нем может никто не знать, кроме меня. Не исключено, что кто-нибудь из его людей догадывается, но далеко не равное знание.