Книга Над пропастью во лжи. Том 2, страница 72 – Майя Марук

— Тогда как вы проверите течение беременности? Если о ребенке ничего сказать нельзя. — Спросила медсестру, чтобы хоть как-то отвлечься от внутреннего волнения.

— Сейчас нас интересует ваше состояние. — Кивнула девушка. — Здоровье матери главный индикатор состояния малыша. Раздевайтесь. Я приготовлю аппарат.

Поставила сумку на полку и зашла за ширму. В комнате мерно зажужжал аппарат.

— Комбинезон на вешалке. — Крикнула девушка.

Белый костюм из тонкой ткани действительно висел на вешалке. От одежды пахло пластиком. Видимо, его совсем недавно достали из упаковки. Слипшиеся рукава давали понять, что одежда совсем новая.

Стандартный размер оказался чуть великоват. Кисти закрыла тонкая гладкая ткань. Штанины пришлось подвернуть, чтобы не шаркали по плиточному полу.

— Проходите в капсулу.

Антон

Дверь в процедурный кабинет закрылась. Антон сделал несколько глубоких вдохов. Беременна. Его женщина была беременна. И ничего ему не сказала. Желание броситься и потребовать объяснений он в себе задушил. Вспомнил события, предшествующие их воссоединению. Как она плакала из-за марсианина. В голове всплыли слова медсестры «с межрасовыми беременностями всегда так». Картина в голове Стольного прояснилась. И Машина осторожность, и ее заявление об увольнении.

Чтобы остаться незамеченным, мужчина повернул в соседний коридор и сел на пустой стул. Нужно было выдохнуть и подумать.

— Беременна значит. Беременна от этого ублюдка.

Антон потер лицо ладонями. Пару дней назад он навел справки о Рамусе. Бывшим любовником Маши оказался один из лордов Совета. Именно он пытался заключить первые соглашения в «Сезам». Несколько месяцев подряд Рамус посещал Землю и встречался с одним из юристов компании.

— Потрясающе. — Прошипел мужчина сам себе.

А потом вспомнил глаза Маши. Большие, красивые, в которых он тонул каждый раз, когда видел. И полоску отросших темных волос на макушке, к которой так хотелось прикоснуться губами. А еще вспомнил, как взволнована она была последние два дня. Понял, пока он решал, как будет удовлетворять свои желания с любимой женщиной, она переживала о чем-то более важном. О своем ребенке. И заявление об увольнении говорило о том, что малыша Маша решила оставить малыша.

Решение принять чужого ребенка пришло быстро и безболезненно. Как будто, это было самое правильное решение в его жизни. Она была его женщиной. И носила его ребенка. Антон выдохнул. Потом еще раз. И выглянул в коридор. Маша с медсестрой покинула кабинет. Антон набрал номер отца.

— Ты на месте?

— И тебе доброго вечера, сын. — Усмехнулся Роберт. — Уже собирался уходить.

— Задержись на пять минут.

— Может, лучше встретимся дома? — Предложил отец. — Семейный ужин?

— Нет. — Отрезал Антон. Роберт недовольно поджал губы, но промолчал. — У тебя в клинике сейчас находится Мария Ромашкина. По беременности. Найди ее дело.

— С каких это пор я стал распространителем конфиденциальной информации? Между прочим, медицинская этика не дает мне право…

— Я буду у тебя в кабинете через три минуты.

Антон отключился. Роберт вернул пиджак на вешалку и загрузил один из рабочих экранов.

Маша

Результаты обследования были готовы буквально через пару минут. Медсестра заверила, что и со мной, и с малышом, судя по снимкам и анализам все в порядке. Хотя срок для полноценных выводов еще очень мал.