Книга Ночная помощница, страница 81 – Майя Марук

— Как вы себя чувствуете, Арис? — Спросил вампир.

— Кажется, я должна вас поблагодарить за спасение.

В воздухе как будто бы распылили неловкость.

— Нет. Не должны. Я спас вас для себя. Не хочу искать новую помощницу.

— Вы только что попробовали пошутить? — Догадалась я и увидела, как краснеют скулы вампира.

Барон растерялся, я почувствовала себя настолько нелепо, насколько это вообще было возможно. Арис, вот кто тебя за язык тянул?! Ну, кто же знал, что вампиры настолько чувствительны?!

— Плохо получилось? — Совершенно серьезно спросил Руфус.

— Задумка хорошая, но не хватило актерской игры. — Включила критика я.

— Я потренируюсь позже. Возможно, даже стоит взять несколько уроков у профессионала? Как вы думаете?

— Зачем?

— Я читал, что женщины ценят юмор. Это признак интересного собеседника.

Я с трудом удержалась, чтобы не отпустить пошлую шутку про юмор и то, что ценят женщины. Вовремя остановилась и попробовала перевести тему.

— Вы интересный собеседник, Руфус.

— Вы так правда думаете, или боитесь, что мои шутки будут неуместными?

— Я правда так думаю. — Почему-то именно в этот момент захотелось поправить на коленях складки этой чертовой рубахи. — Кстати, почему Енота зовут также как и вас?

— Потому что Олав решил, что если нас с енотом сложить вместе, а потом разделить, то получится один нормальный вампир, и один воспитанный енот. — Говоря о звере, вампир так тепло улыбнулся, что у меня внутри все замерло. — Георгий считает, что это остроумно.

— Давно енот у вас живет?

— Несколько месяцев, кажется. Я больше времени провожу на работе, чем здесь. Олав нашел его раненного в саду. Видимо, зверя гнали собаки, и он спрятался у нас. Я пытался поселить его в приюте, но ему там не понравилось.

— Мне бы тоже не понравилось в приюте, когда есть возможность завести себе собственный штат вампиров во главе с бароном.

— Это была смешная шутка. — Вампир снова улыбнулся, и в этот момент мне показалось, что между нами рухнула какая-то невидимая преграда.

Беседа потекла плавно и уютно. Руфус начал рассказывать о своей жизни: о скучных приемах, о шаманах, которые жили много веков назад, об Оракулах и ведьмах, о которых я слышала только от мамы.

— Я всегда думала, что вампиры ненавидят ведьм? — Соврала я, когда барон упомянул праздник Поминания.

— Мы не могли ненавидеть тех, кому были обязаны жизнями. — Усмехнулся вампир.

К этому времени утро сменилось обедом, и на поместье медленно опустились сумерки. Мы все еще сидели в этой же комнате. Только вместо кофейника на столе стоял поднос с закусками.

— Я этого не знала.

— Ведьмы спасали нас во время летаргии. Вы любите херес?

— Нет. Но, я видела, что вы предпочитаете мешать кровь с водкой.

— Это не я. Графиня Гарис так пьет. У нее своеобразные пристрастия. Коньяк?

— Коньяк. — Согласилась я. — Я всегда считала, что оборотни начали истреблять ведьм из-за того, что они могли стать парами и вампирам, и волкам. Чтобы не делить женщину с врагами.

— Эта версия просто прижилась в веках. Думаю, что оборотни сами не помнят, как и зачем начали истреблять ковены.

Вампир подошел к бюро. Я ошиблась, сейчас оно выполняло роль антикварного бара. На полках стояли стеклянные бутылки с напитками разной крепости и боксы с кровью.

— Значит, дело было не в парности?