Книга Ламира. Глаза цвета ночи, страница 103 – Майя Марук

— Физически и магически ничем.

— А не магически?

— Твои связи тоже будут разрушены. Если, Богиня лично не связала тебя с Халли или кем-то из круга.

— Фирс уверен….

— Сиранец может ошибаться. Волки слишком эмоциональны.

Суть его слов не сразу дошла до меня. А потом поняла, айх знал, что Фирс оборотень. По спине побежали холодные мурашки.

— Я сохраню его тайну. – Пообещал мужчина. – Даже если его связь с тобой будет разорвана.

— Не будет ничего разорвано.

Только недавно пообещала себе не думать об этом, наслаждаться каждой минутой, которую суждено повести с принцем. И вот на тебе. Тело снова пробивает нервная дрожь. Айха, к слову, грядущая истерика ничуть не напугала. Он одним слитным движением снял с себя куртку, накинул мне на плечи и обнял.

— Как скажешь. Твое желание закон во всех мирах.

— Врун.

— Как скажешь. Спи.

Веки, как по приказу закрылись. Все, что успела почувствовать, прежде чем отключиться, это как голова ложится на что-то мягкое и к спине прижимается горячее тело.

Дворец айхов

Теневые коридоры дворца сегодня были пропитаны злостью. Артефакт, позволяющий Сабиру ходить тенями, покрылся тонкой коркой льда. Ноги увязали в тягучей серой массе. Стены дрожали. Он шел настолько быстро, насколько позволяли силы и немалый вес. Несколько раз коридоры пытались вытолкнуть его наружу. Маг с трудом удерживался в пространстве изнанки. В конце коридора его уже ждал высокий айх. Он снисходительно смотрел на попытки Сабира удержаться в темном пространстве. В отличие от него, шпион не чувствовал давления изнанки. Несмотря на то, что Арат при рождении получил имя, его магической силы хватало на то, чтобы ходить теневыми коридорами. Эта маленькая особенность и позволила Арату получить императорскую метку.

Сабиру айх не нравился. Он не доверял ему полностью. Впрочем, он никому не доверял. Даже себе. Сабир понимал, предать может кто угодно. В том числе и Иос, повязанный с ним кровью и лиммой. Но приходилось рисковать. Сейчас на кону стояла его жизнь. И Арат был единственным, кого император мог допустить до ламиры.

— Плохо выглядишь. – Усмехнулся айх. – Тени не любят слабых.

— Его Величество злится. – Зачем-то попробовал оправдаться Сабир. Настроение императора всегда отражалось на теневых коридорах дворца. – Где она?

— В Апинах. – Арат заложил руки за спину. – Она слишком слаба для перехода.

— От ламиры нужно избавиться.

— Не боишься проклятья Богини?

Сабир не боялся. Он сделал все, чтобы прикрыть себя и от гнева императора, и от глаз Прародительницы.

— Это не твоя забота.

-В любом случае, сейчас к ней не подобраться. Халли не подпускает к ламире даже прислугу.

— И кто ей помогает?

Арат ничего не ответил. Толстяк его раздражал больше, чем смердящий вчерашним перегаром сапожник, с которым три дня назад пришлось разделить не только хлеб, но и бутыль низкосортной браги.

— Сиранцы сами заботятся о своих женщинах.

— Всегда знал, что они тряпки хуже айхов. – Сабир брезгливо сплюнул на пол. Арат сделал вид, что ничего не произошло. - Они пройдут через эту арку. Убей ее.

Сабир протянул будущему убийце квадрат белой бумаги и скривил влажные губы. Оставаться в тени становилось сложнее. Ноги с каждой минутой больше увязали в жиже. Стены начали дрожать. Кое-где появились тонкие трещины. Сабир сгорбился, будто вот-вот невидимая рука ударит его по затылку.