Книга Жениться не по плану, или Рыжая, выходи за меня!, страница 15 – Анна Мишина

Но почему-то вот это его молчание сейчас бесит больше, чем шутки. Почему-то тянет обернуться и посмотреть, что он там делает. А ещё хочется поразглядывать его. Со стороны.

И вот это уже опасно.

Ближе к обеду я чувствую, что внутри что-то гудит. Словно скопившееся напряжение давит изнутри, и надо срочно что-то с ним сделать. Сбросить. Разрядить.

Прохожу мимо телятника. Оттуда доносится женский смех.

Сердечко мое сжимается.

Решаю подойти, посмотреть. И кто бы сомневался, что в эпицентре женского внимания Исаев.

Так. Выдохни, Алёна. Эта картина привычнее, чем та, что ты видела ранее. Он в своей среде обитания. И ты с этим уже давно смирилась. Так что вперёд, работать работу.

И я ухожу под дружный девичий хохот, нервно покусывая губу.

В теплице стоят пакеты с удобрением. Лишнее не убрали. А надо. Ещё выговор сделаю, кто бросил свою работу на полпути.

И вроде бы пойти сейчас, включить стерву и выговорить всем веселящимся там? Но торможу себя. Чем не повод загрузить себя физической работой?

Подвожу тачку. Что такое пятнадцать килограмм? Хватаю мешок. Но упрямство — штука такая. Притащила один. Потом второй. На третьем почувствовала, как заныла спина. Парни быстро это дело раскидали бы.

— Ты вообще с ума сошла?! — резкий голос за спиной. — Зачем ты это делаешь?

Обернулась — явился не запылился. И, судя по глазам, на этот раз реально злой.

— Не твоё дело, — отмахиваюсь.

— Тебе что, мозгов не хватает, чтобы пацанов позвать? — рычит. — Героиня, мать твою.

— О, спасибо за комплимент, — брызжу ядом. — А теперь можешь идти обратно, махать досками под Ромкино руководство и смех девчонок.

Он делает шаг ближе, почти нависает, облокачивается о стойку теплицы:

— Ревнуешь что ли? — прищуривается. А глаза сканируют мое лицо.

— Фантазируй меньше, — отвечаю, ощущая, как дышать становится трудно.

Молчит.

Мы стоим слишком близко. Я слышу, как он дышит. А сердце у меня опять начинает стучать не в ритме. Проклятье.

— Я всё сделаю сам, — тише говорит он, опуская свой взгляд от моих глаз к губам.

На каком-то рефлексе тут же их облизываю.

— Нет. Я… — запинаюсь. — Я сама. Но…

— Но лучше ты скажешь, куда это отвезти, — возвращает свой взгляд к моим глазам.

Я не отвечаю. Просто киваю, обойдя его, поворачиваюсь к выходу. Потому что если ещё секунду постою рядом, то боюсь представить, что может случится.

Олег

Утром проводил семейство Швецовых и почувствовал себя одиноко в огромном доме.

Падаю обратно на диван, подминая подушку. Закрываю глаза. Раннее утро, спать бы и спать. У меня законный больничный.

Минута. Две.

Нет, сна ни в одном глазу.

Переворачиваюсь на спину и вздыхаю. Поспать больше не получится.

Поднимаюсь и плетусь в ванную. Умываюсь. Пялюсь на свое отражение в зеркале. Провожу пальцами по заросшему подбородку.

Побриться?

Не, пока не хочу.

Скольжу взглядом по пластырю чуть ниже ключицы. Надо бы сменить повязку. Но для начала взять машину Нины, от которой мне оставили ключи, и добраться до аптеки. Но это чуть позже.

Натягиваю штаны и выхожу на крыльцо, прихватив с собой сигареты. Сажусь на ступеньку, прикуриваю, затягиваюсь и выдыхаю, прикрыв глаза.

Погода тут классная. Лето в разгаре. Жить здесь клёво. Степаха молодец.

— Мы-р-р, — раздается рядом.

Прищурившись, открываю один глаз.