Книга Его дерзкая девочка, страница 143 – Алекс Коваль, Анна Мишина

— Это… это как это? — перечитал еще раз договор от и до, поднимая взгляд на улыбающегося во все тридцать два друга. — Я ни черта не пойму.

— А что там непонятного, Тим? Доля клуба вернулась к законному владельцу. Поздравляю с выгодным приобретением, — тянет друг руку, а я чисто на рефлексах пожимаю, все еще слегка не «вкуривая», что вообще происходит.

— С какого она вернулась-то…

— С такого. Посмотри на имя покупателя.

Перелистнув пару страниц, наверное, еще до того, как я увидел подпись и инициалы, я уже понял, кто эту сделку провернул. Но дабы убедиться еще с десяток раз прочитал следующую за размашистой подписью, расшифровку:

«Абашев Д.Т.»

Батя.

Не знаю, как я вообще на ногах устоял. Ощущение было такое, как будто небо на голову рухнуло со всей дури. Вроде и облегчение, а вроде…

Теперь наше молчание начало неожиданно давить в тысячи раз сильнее. Почти что ощутимо сдавливая плечи невидимым грузом.

Однако этот жест стал для меня весомей любых слов отца. Лучший показатель того, что какие бы отношения между нами не были, в любой момент, любую минуту я мог бы набрать его номер и получить полную, безоговорочную поддержку.

— Твой отец предложил за твою долю Галямову приличные деньжищи. Тот и не смог отказаться. Тем более, в управлении, как оказалось, мой родственничек слабоват, намучался я с ним, конечно, — ухмыльнулся Леха. — Так что буду рад снова сотрудничать, Тимур.

А я-то как буду!

Наверное, впервые с момента, как я сегодня переступил порог этого кабинета, мне удалось улыбнуться. Потер глаза, еще раз посмотрел на бумаги в своих руках и просто почувствовал себя небывалым везунчиком.

А уже вечером, дома, когда Златка сладко уснула у меня под боком на очередной серии нудненького сериала, я набрал отцу СМС. Короткое, но, думаю, веское для него:

«Спасибо, пап».

И хоть до полного примирения нам еще как пешком до луны и обратно, но присутствие любимых женщин в нашей жизни нас с ним явно сделало мягче, терпимее и научило задвигать свою гордость на задний план, когда дело касается семьи и дорогих нам людей.

Семь месяцев спустя

Злата

Февраль. Вчера весь вечер и ночь за окном завывала метель. А утро просто изумительно. Солнце только просыпается, и его лучи только-только пробуждают природу.

Стою у окна своей спальни в родительском доме и чувствую себя так спокойно, что даже шевелиться не хочется.

— Уже проснулась? — в спальню заходит мама. Приобнимает меня за плечи и целует в щеку. — Как спалось?

— Непривычно, — пожимаю плечами. — Я уже привыкла, что Тимур спит рядом. И так спокойно от этого. А тут проворочалась, да и карапуз пинался полночи, видимо, тоже требуя отца, — усмехаюсь и кладу ладонь на уже огромный живот.

— Может, стоило отложить свадьбу на весну или лето? — снова заговорила мама.

Нет, родители не против нас с Тимуром. Она беспокоиться за меня. Ведь еще пара недель, и рожать.

— Ничего, я справлюсь. Мы с Тимуром так долго ее планировали, что я не хочу от этого отказываться.

— У тебя все по высшему классу, — усмехается мама.

— У меня все самое лучшее, — улыбаюсь в ответ.

— Ну, что ж, тогда завтракать и собираемся, — погладила меня по плечу. — Давай, там сырнички напекли, пойдем. А то потом когда удастся поесть, неизвестно, — запричитала она и вышла из комнаты, оставив меня одну.