Книга Его дерзкая девочка, страница 24 – Алекс Коваль, Анна Мишина

— Завтра во сколько?

— В восемь тут, — натягиваю улыбку. — Машину можешь загнать на территорию и до свидули, — усмехаюсь я, поймав его злой взгляд.

— В смысле? — возникает он и выскакивает из машины.

— А что тут непонятного? — оборачиваюсь, утыкаясь в него взглядом, не менее злым. — Машина не твоя. Ты всего лишь водитель. Поэтому я не позволю, чтобы ты на ней рассекал по городу в нерабочее время. Да и, не дай бог, надумаешь в ней своих телок возить! Или еще чего хуже, в гонку ввяжешься?! Нет уж, — фыркаю я. — Забудь.

— Так не пойдет. Мы так не договаривались, Золотарева!

— А как договаривались? Может, что ты не будешь водителем? — понимаю, что перегибаю палку, и Тим сейчас просто кинет мне ключи и свалит в закат, но и отказать себе и не позлить парня не могу.

— Может, что ты будешь помалкивать, а я не буду любезно докладывать твоему бате о твоих приключениях?

Я только фыркаю в ответ. Однако, когда вижу по взгляду, что «мой водитель» дошел «до ручки», притормозить приходится.

— Никаких гонок, баб и прочей лабуды, Абашев. Приехал, машину поставил на платную парковку. Сомневаюсь, что территория в той халупе, где ты живешь, охраняется. Просрешь машину, яйца отрывать тебе я буду самолично, — тычу пальцем ему в плечо и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, гордо задрав нос, направляюсь домой.

Но-о-о… не успеваю я сделать и пары шагов, слышу, как хлопает дверь автомобиля и в спину летят мне его слова:

— Хрен тебе, принцесса! Не на того напала!

И средний палец в окно.

Он газует так, что из-под колес летит гравий, и с пробуксовкой срывается с места.

А-р-р-р, скотина!

Сказать, что я в бешенстве, ничего не сказать. Вот же… самоуверенный индюк!

Домой я вхожу, громко хлопнув дверью. Так, что удивительно, почему стены не затряслись.

— Златочка, — тут же показывается мама. — Что стряслось?

— Ничего! — бросила я раздраженно. — Все просто замечательно, мама. Если не брать во внимание, что отец запретил мне садиться за руль и посадил за баранку эту… этого… обезьяна! — рыкнула я и бегом отправилась на второй этаж, в свою комнату.

Злюсь. Ох, как я сейчас злюсь! Он да на моей машине, да по всему городу!

Бросила рюкзак на пол, закрыла дверь и упала на кровать в подушки. Сил нет, настроения тоже. Хочется кого-нибудь придушить. Делов-то!

В общем, как мы с этим петухом не убили друг друга за первую неделю «притирки» — загадка. Скандал на скандале скандалом погонял, и это с учетом того, что виделись мы от силы пару часов в сутки. Но то ли я стала раздражительная до ужаса, то ли Тимур стал еще противней, чем во времена нашей учебы в универе, не знаю, но нервы мы друг другу потрепали знатно.

А новая рабочая неделя началась для меня с тренировки в зале.

Что-то в последнее время я совсем расслабилась и гостем любимого клуба была не частым. Это заметно сказалось на моей выносливости. Уже через час тренировки с не самыми сильными нагрузками — тузик сдох.

Язык на бок, пот в три ручья, мышцы ноют.

Приплыли.

— Что-то ты сдаешь позиции, Златка, — подкалывает меня мой персональный тренер, перекачанный добряк Олежа, как бы невзначай, проходя мимо, ущипнув за филейную часть. — Сдулась!

Кто «сдулась» — я или моя попа-орех — спрашивать не стала, просто выдала грозное: