Книга Рыбкина на мою голову, страница 103 – Алекс Коваль, Анна Мишина

Папе свой новый номер я объяснила потерянным телефоном. Тот, конечно, сетовал, что я такая нерасторопная, но сильно не ругал. Смирился.

А если вдруг Жарову все-таки приспичит вернуть пропажу “на старый адрес”, то его ждет провал по всем фронтам. Адреса Ксю или номера телефона  Паша не знает и не узнает. Так же, как и номеров других моих друзей. В универе он тоже меня не найдет, просто потому что будет искать совершенно в другом ВУЗе. Удивится, да, когда поймет, что никакой Влады Рыбкиной на юрфаке нет, но что же поделать…

Видимо, это будет первый шаг к раскрытию моей тайны. Давно было пора.

Дни пролетали, а Кася, как и я, была такой унылой в эти дни, что пришлось даже отвезти ее к ветеринару. На осмотр. Проверить, все ли с моей девочкой хорошо.

Оказалось, да, все с малышкой в порядке, просто, как предположил врач, она по кому-то сильно скучает. Особенность породы, которая преданна и быстро привязывается к людям. И что, неужели Кася по Жарову соскучилась? Как-то я не замечала между ними особой любви. Удивительно. Значит, будем страдать вдвоем!

Только недолго. Потому что нужно снова включаться в работу и подбирать слова, чтобы объясниться с отцом по поводу моего вранья и школы фотографии. Ох, чувствую, влетит мне по пятое число. Тут простым: ай-яй-яй, Влада – не обойдется. Тем более, после предложения, что поступило мне в выходные...

В субботу утром, стоило мне только переступить порог аудитории, в которой должна была проходить очередная пара, меня окликнула староста группы Ленка.

— Рыбкина!

— Ась? – обернулась я, скидывая на стол рюкзачок. – Привет.

— Привет, Владка. Тебя Соломахина к себе вызывает.

— Меня? – округлила я в удивлении глаза, мысленно сразу начиная вспоминать: где, когда и как успела накосячить. Потому что иных причин для вызова на ковер к заведующей нашей кафедрой я не могла придумать, хоть убейте!

— Точно меня? – переспросила, прищурившись.

— Точно-точно, – кивнула Ленка, – поймала меня в коридоре и сказала: Рыбкину ко мне. Разговор у нее к тебе есть какой-то. Серьезный. И судя по всему, срочный.

Час от часу не легче!

Но делать нечего, оставила рюкзак на попечение одногруппницы и потопала в триста пятый кабинет. Сдаваться.

По дороге уже успела себе накрутить столько, что мысль сбежать и бросить ВУЗ казалась чуть ли не единственной правильной, а когда я, постучав, переступила порог просторного кабинета и увидела рядом с Татьяной Дмитриевной еще и Жоржа Лесовского, мне поплохело окончательно. Мамочки, дайте срочно нашатырь!

— Д...доброе утро, Татьяна Дмитриевна.

— Влада, здравствуй, – поднялась из-за стола наша завкафедрой. – Проходи, – кивнула в сторону второго кресла для посетителей. В одном уже сидел улыбающийся Жорж.

— Здравствуй, Владислава, – улыбнулся мой наставник. Я смогла только что выдавить улыбку и кивнуть.

Буквально вчера я была в студии у Жоржа, и ничто не предвещало беды. А сейчас даже по лицам этих двоих невозможно понять: меня будут ругать или все-таки хвалить?

Ох-ох, как забилось быстро сердце, и задрожали руки! Я уселась и даже сцепила пальцы в замок, сложив руки на коленки, как примерная студентка.

— Ты не переживай и не волнуйся так, – будто прочитав мои мысли, улыбнулась Татьяна Дмитриевна. – У нас для тебя хорошие новости.