Книга Рыбкина на мою голову, страница 94 – Алекс Коваль, Анна Мишина

— Влада! – окрикиваю ее, выскакивая следом.

Но в ответ получаю только до жути искреннее:

— Ненавижу!

Влада оборачивается, а взгляд ее потрясающих глаз обжигает до кончиков волос.

— Как же я вас ненавижу! – повторяет и скрывается за дверью подъезда.

Да, Жаров.

Браво, Павел, мать его, Валерьевич.

Влада скрывается за дверью, а я еще какое-то время пялюсь ей вслед, как истукан. Гадая: и почему я сейчас так дерьмово себя чувствую? Ведь правду сказал.

Влада

Как я добралась до квартиры, не знаю. Взгляд плыл от слез. Я чувствовала себя мерзко. Жалко. Я никогда, никому не говорила подобного. Не признавалась в своих чувствах. Потому что их и не было. Угораздило же так вляпаться. В этого взрослого, неуравновешенного, чересчур любвеобильного индивида.

Даже самой на мгновение стало смешно от сложившихся слов в голове.

Открываю дверь квартиры, и на меня тут же налетает Кася. И все, моя выдержка, которая продлилась считанные секунды, развалилась, так и не окрепнув.

Захлопнув дверь и закрыв ее на ключ, упираюсь спиной в стену и сползаю по ней на пол. Снова накатила истерика. Кася сидит рядом, вылизав, наверное, не по одному разу мое лицо и руки, поскуливает.

— Так, и чего я раскисла? Ну, подумаешь, беда какая, – горько усмехнулась. – Пора брать свою жизнь в свои руки, – потянулся к собаке, потрепав по макушке. Залезла в свой рюкзачок, доставая телефон. В записной книжке отыскала номер подруги. Надеюсь, она меня сможет приютить на какое-то время. А дальше я буду думать, как быть.

— Ксю, – говорю, как только слышу, как отвечает подруга.

— Боже, Владка, что там на твоего дракона-Пашу нашло? – взволнованно затараторила девушка. – Он тебя обидел? Ты бы знала, как тут метал и рвал Жорж.

— Нет, не обидел. Но я к тебе с просьбой. Выручишь?

— Да все, что угодно, – от такого ответа подруги я разулыбалась.

— Могу я пожить  тебя, пока не найду себе квартирку? Не хочу больше оставаться под надзором дяди Паши. Хватит.

— Конечно! – воскликнула Ксю. – Собирай свои шмотки, Каську в охапку и ко мне. У меня как раз родители улетели отдыхать. Так что у нас в распоряжении вся квартира аж недели на две.

— Тогда я собираюсь и, как буду выезжать, наберу тебя.

Не медля, я откладываю телефон и первым делом решаю переодеться, чтобы не испортить ненароком костюм. Складываю его аккуратно, помещаю в чемодан. И натянув привычные джинсы с толстовкой, принимаюсь за сборы. Бегаю из комнаты в комнату, собираю все-все, чтобы ни одна мелочь не смогла напомнить здесь о моем пребывании.

Я глупая? Да как бы не так! Избалованная? Да ни разу! Как он понял, что я такая? Он своих рин видел? Он понимал их меркантильные намерения? С ними он, значит, глух и туп, а на мне прозрел. Старомодный дурак.

Хожу, бурчу себе под нос и собираю свои вещи. Затолкав, кажется, все в чемодан, уселась на него сверху. Оглядываю все вокруг. Вроде ничего такого не попадается на глаза. Надо еще освободить свой рабочий стол, там накопилось прилично макулатуры. И не упуская времени, которое уже ползло к полуночи, я стала собирать все то, что нужно было для учебы, в свой рюкзак. И в итоге пришлось занимать еще пару пакетов. И как я это все унесу, ума не приложу. Но отступать не буду.

Вызываю такси, еще раз перед выходом оглядываю квартирку и у самого порога вспоминаю о папке, которая лежит в столе. Быстро возвращаюсь, вынимаю свое сокровище. И бегом к выходу. Кася на поводке, поводок затягиваю на запястье. Чемодан с пакетом в одной руке и во второй два пакета. Прожила всего ничего, а пакетов больше при выезде стало.