Книга Брак по расчету, страница 122 – Анна Мишина

— Мой отец и… – начинаю говорить, а у самого язык не слушается.

— Они встретились в Москве. Твой отец немного старше Светланы. Но у него уже были вы. Двое детей, женат. Я видела, что происходит с моей дочерью. Видела, как ломает от правильности. И Сашу я помню хорошо, молодой еще, красивый… – вздыхает бабка. – Но только представьте: влезть в семью, где двое маленьких детей, мальчишек, которым нужен отец. Света сделала правильный выбор, – подытоживает. – Хоть и дался он ей не легко. Не буду скрывать, что я внесла свою лепту. Да, – смотрит на меня, – на чужом несчастье счастья не построишь. Рабочая поговорка-то!

Бабка кремень!

— А потом? – спрашиваю.

Смотрю на Юлю. Она бледная как мел. Беру ее прохладную ладонь в свою, хочу согреть. Даже не хочу думать, что сейчас в ее красивой головке творится. Ведь примеряет все на себя. Ничего, только выйдем отсюда, я направлю все ее мысли в правильное русло.

— А что потом? Света вышла замуж. Сергей хорошим был мужиком, да вот спился. Но если бы не он, не было бы Юли, – зачем-то делает на этом акцент. – А потом, когда Юлька приехала с Сашей, Светка чуть с ума не сошла. Старые чувства ожили. Он помог нам. А потом Светы не стало, – замолкает Вера Егоровна. – Увидев тебя сейчас, сразу поняла, кто такой. Ты с отцом – одно лицо. Женились, значит? – качает головой, посмотрев на внучку. – И не сказала… Не так мы тебя с матерью воспитывали.

— Баб, я не хотела тебя волновать, – краснеют щеки девушки.

— Я оказался слишком настойчивым, и Юля не смогла отказаться от моего предложения, – заступаюсь. – Но будьте уверены, она никогда не пожалеет, что сказала мне “да”.

— Смотри, какой самоуверенный, – хитро улыбается бабка.

— Ну, – хмыкаю, – какой есть.

— От судьбы, как говорят, не уйдешь. Не у старшего поколения вышло быть вместе, так у младшего, – не радостно звучит ее умозаключение.

— Вам это не нравится, – даже не спрашиваю. Это и так видно.

— Нет, – складывает руки на столе, сцепляя пальцы в замок. – У нас девочка маленькая, – прищуривает глаза, словно сканирует. – Не родная тебе. Как относиться будешь? Не рОдных редко когда любят как своих.

— Баб, – хочет остановить ее Юля.

— А что “баб”? – хмуро кидает на внучку взгляд. – Своих родите, и что дальше? Лию ко мне привезете? Знаю я такие семьи, когда первый ребенок никому не нужен был. По мне так лучше развестись и жить как жили. Вы, – смотрит на меня, – Ярцевы, своей жизнью. А мы уж как-нибудь справимся и без вас.

А вот это уже мне не нравится. Кто она такая, чтобы сейчас все решить за нас троих? Да, Лия теперь моя.

— Вера Егоровна, вы меня заранее извините, если я сейчас выскажусь грубо. Но это не вам решать. Девочки – моя семья. Моя! Как бы вам не хотелось обратного, этого не будет. Про родных и не родных я все прекрасно понимаю, и не собираюсь вас уверять в чем-то. Это лишь наше с Юлей дело. Ваше мнение мы услышали, следовать ему не собираемся. А Лия меня сегодня папой назвала. Думаю, абы кого дети родителями не называют, – ставлю точку в этом разговоре.

Бабка пялится на меня, поджав губы. Юля, закусив губу, еле сдерживает слезы.

— Поедем мы, – поднимаюсь и подаю руку жене, она тут же хватается за нее. – Вас мы не бросаем. Готовы предложить перебраться к нам. С правнучкой будете время проводить, да лечением вас обеспечим более высокого уровня.