Книга Инн Яно или сын Белой Луны, страница 3 – Анна Мишина

— Что? — удивленно смотрю на отца, не понимая его смены настроения.

— Ты же не собираешься со мной? — Боже, от него невозможно скрыть ни единой мысли. Ну вот как он это делает?

— Пап, — начинаю я, но он тут же сворачивает карту и убирает ее вглубь своих бумаг. — Даже не думай. Мать будет не в восторге, это однозначно. И никуда тебя не отпустит, — ругается мужчина.

— Я ничего такого не думала, — обижаюсь на такую его резкую реакцию. Ведь даже ничего не сказала.

— Я по глазам твоим все увидел, — снова садится на свое место.

Фыркаю что-то неразборчивое и выхожу из кабинета. Уже и мысли о поездке допустить нельзя!

Но не успеваю я и пары шагов сделать по направлению к своей комнате, как слышу голос маман:

— Розалина!

Как же не люблю свое имя. Не мое оно. Какая Роза да еще и Лина? Кто придумал вообще эти два имени соединить? Кто-то явно бредил, когда давал мне это прозвище.

— Да, мам, — оборачиваюсь к женщине, что со скоростью кометы несется ко мне. Ох, не избежать очередного скандала.

На матушке, как всегда, платье с пышной, очень пышной юбкой. Все время удивляюсь, как они с сестрой так проворно справляются с этой грудой тряпья.

— Розалина, ты опять в этом? — сморщив свой нос, она оглядывает меня с ног до головы.

— А что не так? — да, мой внешний вид это камень преткновения в каждом нашем разговоре.

— Мы с тобой уже много раз говорили на эту тему. У тебя шкафы трещат от количества платьев. Еще не хватало, чтобы тебя кто-нибудь увидел в таком виде. Ты же леди. А вдруг гости?

— Ну хоть дома я могу ходить так, как мне это будет удобно? — не вижу смысла таскаться с этими необъятными юбками по дому. Для чего?

— Ты неисправима, — возмущается она и удаляется.

Я приседаю в импровизированном реверансе и убрав выпавший локон из косы, направляюсь в свою комнату.

Как только оказываюсь на месте, открываю окно. Оно как раз выходит на крышу пристройки. Мой путь отработан до мелочей. У пристройки стоит лестница, по которой я с удовольствием спускаюсь и чуть ли не вприпрыжку бегу в сторону конюшни.

В стойле стоит мой упрямый красавец. Ворон. Черного цвета как ночь. Высокий, статный.

— Здравствуй, — подхожу к двери, протягивая руку, и конь тут же прислоняется носом к ладони. — Мой хороший, — улыбка растягивается на моих губах. Все неурядицы и проблемы разом отходят на задний план, когда я тут.

— Меня все время удивляет твое отношение к этому животному, — оборачиваюсь на голос и сталкиваюсь с голубого цвета взглядом.

— И что же тебя удивляет, Майки? — захожу в стойло. Коня нужно подготовить к прогулке.

— Мне кажется, у вас особая связь, — продолжает парень, так и не сдвинувшись с места, а лишь убрав руки в карманы штанов.

— Просто он мне близок по духу. От него же веет опасностью и свободой, — Ворон молча стоит, словно прислушивается к нашему разговору.

— И это говорит девушка из высшего сословия. Тебе не здесь нужно стоять и надраивать его стойло, тебе на балах отплясывать надо и флиртовать с потенциальными женихами.

— Майк, — оборачиваюсь к конюху. — Ты чего добиваешься? — достал гад.

— Рози, просто ты, похоже, родилась не в то время и не в том месте, — сдается парень, явно не желая со мной вступать в спор.

— Мы с тобой, по-моему, уже говорили на эту тему. И все выяснили. Иди делай свою работу, раз ты ко мне сюда подошел читать нотации. Мне матери достаточно.