Книга Его маленькая заноза, страница 44 – Анна Мишина

— У родителей живет.

— Ты его отдал им? Почему?

— Потому что однажды пришел с работы и понял, что либо я и моя квартира. Либо он. Просто один Батон.

— Батон? — хмыкает, улыбнувшись.

— Он с щенячества на батон похож. И вообще ест все, что попадет в рот. И не только. Грыз все на свете. После этого прожоры пришлось менять диван и пару комодов. Так что на Батоне у меня с животными все закончилось.

— Да уж, с фантазией у тебя на клички проблема, — улыбается.

— Да, я смотрю, ты тоже далеко не ходила, — улыбаюсь и беру ее за руку и веду за собой.

— Эй, — толкает меня кулачком под ребра. — А как с ним справляются твои родители? Ты же не смог.

— На удивление отлично. За его воспитание взялся отец. В общем, кажется, то, что не сработало на мне, сработало на псе, — улыбаюсь.

— А почему на тебе не сработало? — новый вопрос.

— Да потому что мало виделись. Он часто по работе ездил по командировкам, да и мама тоже. Я был либо у тетки, либо сам себе принадлежал. Как-то так. Так что Батону повезло больше. Его окружили заботой мои старики.

— Ты завидуешь лабрадору?

Каждый вопрос Миры как пораженная цель дротиком.

— Не знаю, — задумываюсь. — Никогда не смотрел на это под таким углом.

— Куда, кстати, ты нас ведешь? — оглядывается, меняет тему разговора, и я ей благодарен за это. Не готов я сейчас копаться в себе. Но вопросы у нее очень непростые.

С болтовней мы прошли пару домов.

— Тут есть офигенный магазинчик круглосуточный. Здесь делают вкусный горячий шоколад.

— Шоколад? — уставляется на меня.

— Угу.

— Почти час ночи, — улыбается. — Мы гуляем с собакой и идем покупать горячий шоколад? Значит, борщ ночью не предел?

— Видимо, нет, — смеюсь.

Мы действительно подходим к магазинчику. Тут меня уже знают. И даже не удивляются заказу. Обратно идем молча. Мира пьет шоколад, я тоже не отказываю себе в таком удовольствии.

— Я думала, ты только горечь свою любишь, — нарушает тишину.

— Почему? — спрашиваю и ловлю ее любопытный взгляд. — Я люблю сладкое. Но, — делаю серьезный вид, — своему возрасту приходится соответствовать. Пить горький кофе, торопиться на различные совещания, ездить в скучные командировки, — ловлю ее взгляд. — Шучу, работа мне моя нравится. И мне совсем не скучно работать.

— И что, ты никогда никуда не опаздываешь? Серьезные дяди ведь так не поступают?

— Ну разве что пару раз, когда действительно случалось ЧП в виде пробок и что-то подобное. А так, — пожимаю плечами.

— Проспать? — следует вопрос.

— Нет. Взрослая жизнь скучная.

— Ты просто не умеешь ее жить, — выдает мне девчонка и тут же прикусывает язык.

— А вот с этого момента поподробнее, пожалуйста, — прошу ее.

— Я, наверное, глупость сморозила, прости, — тут же тушуется под моим требовательным взглядом.

— Нет-нет, — беру ее за руку и разворачиваю к себе лицом. — Говори, что ты имела в виду. Мне интересно знать твою позицию.

Меня удивляет такая реакция. Она же явно имеет свои мысли. И мне они интересны.

— Ну, — пожимает плечами. — Я не так выразилась. Ты не подумай, — разворачивается и идет в сторону дома. Пес идет рядом. — Взрослые… это же такие же дети, только в другом теле. Иногда нужно позволять себе вести себя безрассудно, дурачиться, смеяться и вот как ты, пить сладкий шоколад. Быть взрослым не то что скучно, просто неправильно себя лишать радостей. Время оно не вечно. И то, что ты себя лишал радости, никто тебе за это спасибо не скажет. Это твоя жизнь. И ты сам себе художник. Поэтому только тебе решать, какими красками пользоваться.