Книга С тобой по краю, страница 66 – Анна Мишина

— Так это ради меня ты танцевал с ней? – усмехается зло.

Блядь, эта девочка сведет меня с ума. То покорная, как овечка, то как сейчас – фурия. В глазах злость, ненависть. И я ни хрена не пойму, почему ее это так задело.

— Так, может, если бы не ее родители рядом, увел бы потрахаться? Ну, ради меня, – выпаливает и тут же краснеет. Дышит часто, смотрит в упор.

— Если бы я хотел ее, поверь мне, мы бы сейчас с тобой тут не разговаривали. Проблема в том, что я хочу тебя, – отвечаю резко. – Тебя!

Рывком притягиваю ее к себе и впиваюсь в ее приоткрытые губы.

Секунда, две ничего не происходит. Но девчонка начинает оживать в моих руках. Обвивает руками за шею, льнет ко мне. Ее язык не уступает моему. Это начинает походить на борьбу. Поцелуй влажный, глубокий. Съесть ее хочется.

Под руками нежная кожа ее спины. Чертово платье. Две ленты на спине и все. А грудь! Там явно нет белья. Соски твердеют под моими ладонями.

Ее пальчики зарываюсь в мои волосы. Ее дыхание рваное. А как она стонет мне в губы… Млять, ширинка трещит по швам. Боль адская. Хочу ее, вот такую, злую, чувственную, настоящую.

Отрываюсь от ее губ, рывком разворачиваю ее к себе спиной и подталкиваю к стене. Обе ее руки поднимаю вверх, фиксирую их. Другой дергаю за ленту на ее талии. Сдвигаю полоски ткани с ее спины. Чуть наклонившись к ней, касаюсь носом ее плеча. Веду по коже. Девчонка склонила голову набок, предоставляя доступ к шее. Сама подставляется. Толкаюсь бедрами в ее упругую попку.

— Оно тебе надо? – шепчу ей на ушко. – Если не хочешь, только скажи. Останови меня, – прошу ее.

Павла

Меня захлестывают чувства. Их ядерная смесь. Я злая, тот факт, что он решил меня беречь от близости, злит. Но в то же время его признание, что он меня хочет, сводит с ума. Я чувствую его желание. У самой все внутри пылает. Я сама виновата. Довела его. Сама же дразнила, мне нравилось, как он реагировал и сбегал каждое утро в ванную. Но мне хотелось, чтобы он сам сделал первый шаг. Но Натан человек слова. Сказал, не тронет. Так и будет.

— Я хочу, – срывается шепотом с губ.

— Пашка, – стоит за моей спиной, прижавшись к моему телу. Уткнулся носом в мои волосы. Дышит рвано. – Я не смогу быть нежным, – говорит хрипло.

Мороз по коже от его слов. Я не знаю, что ответить на это. Чувствую, как слабеет его хватка на моих запястьях. Сама разворачиваюсь в его руках. Поднимаю голову, чтобы заглянуть в его глаза. Моего Грозовского штормит. Там, на дне его океанов, буря.

Опускает свой взгляд, сжимает челюсть. Ленты на моем платье ослабли так, что платье сползло с груди, оголяя ее. Сама помогаю платью упасть к моим ногам, оставаясь в одних трусиках. Поднимаю взгляд, снова встречаясь с его.

— Иди сюда, – хрипит он и подхватывает меня, усаживая себе на бедра.

Обвиваю его ногами. Выгибаюсь, когда его губы касаются моей груди. Лижет, посасывает, покусывает. Запускаю пальчики в его волосы, притягиваю к себе ближе. Да, вот так. Чувствую промежностью его твердость. Хочу его.

Натан отрывается от моей груди и впивается в губы. Несет в спальню, толкает ногой дверь. Укладывает меня спиной на прохладную постель. Тянусь к пуговицам на его рубашке. Пытаюсь расстегнуть. Пальцы не слушаются. Не дождавшись, пока расстегну последние две, Натан дергает за полы рубашки и пуговицы разлетаются в стороны. Снимает ее с себя, кидает на пол. Пряжка ремня, пуговица, молния. Брюки следом за рубашкой. Остается в одних боксерах. Тянусь к резинке. Я не собираюсь тормозить. Он меня понимает и сам стягивает белье с себя.