Книга Дикарь из глубинки или курс выживания для мажорки, страница 127 – Алекс Коваль, Анна Мишина

— Моя девочка, р-р-р…

Откидываясь затылком на диван, запускает пальцы мне в волосы. Я зажмуриваюсь и начинаю ласкать его языком. Посасывать. Принимаю в себя и тут же отпускаю. За все время я делала минет всего лишь дважды и оба раза не сказать, чтобы были сильно удачные. Делать это для любимого человека ни капли не мерзко и не противно. Просто навыки у меня были нулевые, и как итог, Миша не получал желанной разрядки, а я расстраивалась...

Но я же девочка упрямая. Помните? Никогда не сдаюсь! В тайне от Миши на днях посмотрела пару м… занимательных уроков и сейчас действую чуточку смелее. Я нахожу правильный угол проникновения и ритм. Помогаю рукой, чуть сжимая его у основания и беру в рот с каждым разом чуточку глубже.

В какой-то момент Миша обхватывает меня за затылок, слегка надавливая. В уголках моих глаз собираются слезы. Это сильно глубоко. Головка давит. Дышать невозможно. Я втягиваю носом воздух, борясь с легким приступом паники, но и не думаю отступать. По реакции тела и вздохам Миши, понимаю – ему нравится. Он кайфует. И это заводит. Понимание того, что я имею власть над таким сильным и грозным мужчиной зажигает тысячи маленьких огонечков по всему моему телу. Ему хорошо – от этого я возбуждаюсь сама. Это подстегивает отставить панику и продолжать.

Он начинает дышать чаще и тяжелее. С очередным его толчком мне в рот, Миша напрягается всем телом. Я чувствую это. Еще пара манипуляций, и он кончает. Я принимаю его всего, до последней капли, чувствуя себя едва ли не всемогущей от того, что сумела сделать хорошо своему мужчине. Когда отголоски его оргазма сходят на нет, я выпускаю его изо рта и поднимаю взгляд, планируя выдать что-нибудь глупо-шутливое, но… затыкаюсь.

Вижу горящие безумной любовью глаза, что смотрят на меня сверху вниз, и мое сердце запинается. Сначала сжимается до боли, а потом его распирает до невозможности уместиться за ребрами.

И все-таки я такая дурочка, что жду “красивого предложения”! Зачем все эти пустые широкие жесты, когда глаза смотрят на тебя с таким восторгом и восхищением? Любят каждой золотистой крапинкой в шоколадном взгляде!

Я делаю глубокий вдох. Миша тянет меня на себя, заставляя подняться. Ловит губами мои губы, ни капли не смущаясь того, где они только что были. Целует, и целует, и целует. Шепчет лихорадочно:

— Моя маленькая… чокнутая… принцесса.

А “чокнутая принцесса”, силясь не разреветься, хрипит:

— Миш, а давай прямо сегодня подадим заявление в ЗАГС, м?

Миша

На одно колено я все-таки встал, понимая, что картинка нашей с Милкой любви без этой маленькой детали будет неполной. Хотелось, чтобы все было красиво. Принцесса определенно того заслуживала. В конце концов, это ее первый и последний брак. Однозначно – она моя на всю жизнь, а иначе я не согласен.

В тот же вечер, когда мы подали заявление в ЗАГС, я устроил своей принцессе романтический вечер на крыше небоскреба. Сделал все как положено: нежные слова, кольцо и клятва вечно ее любить. Любую. Я и до этого планировал. Честно. Но девчонка меня опередила.

А уж с росписью тянуть я точно не собирался и на следующий же день занес одной знакомой увесистый “конверт” с просьбой передвинуть нашу дату “на поближе”. Просто смысл оттягивать неизбежное? Она уже и так моя. Вся от мизинчика до макушки. Штамп – это просто условности. Мне не надо гребаной записульки в документе, чтобы назвать ее своей женой. Да и Мила для меня больше, чем просто “жена”. Ближе, роднее, важнее. Такое точно в бумажке не задокументировать.