Книга Кодекс Инквизитора. Книга I, страница 124 – Антонио Морале, Ник Росс

Что сказать? Могёт! Я уже обосралась.

— Будь по-вашему, Анна Иоанновна. Но кто ответит передо мной за причинённые неудобства? Я вправе требовать виру.

Обсёр — не прогиб, а тактика.

— А я вправе подписать указ о твоём немедленном колесовании. Кто выпустил зверя из клетки⁈ Ты хоть понимаешь, что натворила⁈ — Императрица в сердцах ударила кулаком по столу.

Кажется, вечер перестал быть томным. Ежели сейчас ляпну какую-нибудь херню, вместо Дворцовой площади окажусь в Крестах. Вон как глазюки сверкают, того и гляди запустит пресс-папье в голову. Пора давать заднюю, пока ветер без камней.

— Государственный оборонный заказ на пошив повседневной и парадной формы для высшего офицерского состава. Долгосрочный контракт на поставки антиментальной артефактной сыворотки. Открытый доступ к редкоземельным металлам. Пятьдесят тяжёлых огнемётных систем «Чебурашка», двадцать сверхтяжёлых танков «Монолит» и пять дальнемагистральных бомбардировщиков «Альбатрос». — Даже глазом не моргнула, лицо окаменело от собственной наглости.

— Ты в своём уме, княжна? Да тебя легче убить! Ты хоть понимаешь, что такое «Альбатрос»? Воевать со всей Европой собралась?

Императрица побледнела, и я решила сгладить углы:

— Совсем запамятовала, Анна Иоанновна! Пожалуйте мне земли в Вологодской губернии, что принадлежат барону фон Мюллеру. Девятка должна перейти в собственность рода. Я думаю, что князь Толстой с радостью оплатит мои скромные запросы. А что касается самого опасного преступника за всю историю Российской империи, в душе не… понимаю, о ком речь.

Императрица сидела минуты три, вперив в меня жёсткий взгляд голубых глаз, а затем, расслабившись, звонко рассмеялась. Да так задорно и заливисто, что вмиг помолодела лет на двадцать.

— А тебе палец в рот не клади! Вся в бабку, чтоб ей в гробу перевернуться! Будь по-твоему, княжна. Получишь всё, кроме «Альбатросов». Рано тебе в такие игрушки играть. Стратегические ракетоносцы в частные руки попадут только через мой труп! Остальная техника прибудет в Петергоф в течение месяца. Вологодскую вотчину барона жалую прямо сейчас. Документы, подтверждающие право владения, доставят фельдъегерской службой. Вопросы с госзакупками решишь с министром обороны. Я уведомлю генерал-фельдмаршала Малютина, лично. Аудиенция будет назначена на завтра.

— Где подписать кровью? — на серьёзных щах поглядела прямо в глаза императрицы.

— Кровь свою, ведьмовскую, оставь при себе. Клянись тем, что дороже всего, если в тебе хоть что-то святое осталось. Подмётки на ходу режешь!

— Я, княжна Нагая Ольга Фёдоровна, клянусь Чёрной луной, что не причиню вреда князю Толстому Петру Андреевичу, ни прямо, ни косвенно, ни в мыслях своих. Оставляю за собой право на самооборону в случае нарушения нейтралитета. Слово сказано! Чёрная луна тому свидетель!

— Слово услышано, — задумчиво пробормотала императрица и пристально так уставилась на меня, будто я ей коня в карты проиграла.

— Ступай, Ольга. Аудиенция окончена. Мне нужно привести себя в порядок. Даю тебе право находиться подле меня по левую руку на любых официальных мероприятиях.

Какое счастье быть левой фавориткой самодержицы — сейчас уписаюсь от восторга. Прикусив язык, раскланялась в пояс и задом попятилась на выход, не забывая бить поклоны через шаг. Так я узнала, что в мире альтернативной России знакомы с жестом «рука-лицо».