Книга Кодекс Инквизитора. Книга II, страница 78 – Антонио Морале, Ник Росс

Расположение духа поднялось в тот самый момент, когда увидала в бинокль сушу. Не большую землю, конечно, а порядочных размеров плывун, а может, и островок. Уповаю на второй вариант. Уж больно хотелось развести костерок, подогреть кашу с мясом, просушить снарягу. Смыть с себя налипшую грязь, от которой невозможно зудела кожа.

Нужда в привале направляла вперёд. Едва ли не обгоняя друг друга, мы наконец-то добрались до цели. Остров оказался всего-то метров сто длиной и шириной около двадцати, но этого было более чем достаточно, чтобы устроить долгожданный привал.

Забравшись дружно на самую вершину, графини попадали там же, где и стояли, а вот неуёмный Безобразов будто второе дыхание обрёл. Почуяв стабильную почву под ногами, несмотря на моё предостережение, принялся исследовать территорию, засовывая пытливый нос во всякую подозрительную дырку. Из одной такой расщелины выполз недовольный Горыныч среднего размера.

Молодой совсем, неопытный. Не успел атаковать ментальным ударом разиню графа, как был сожран Булькой. Хлопнула себя по лбу. В суматохе и неопределённости совсем забыла раздать антимент товарищам по несчастью. Лопухиной не потребно — воздействие сыворотки ещё не прошло, а вот остальным сгодится. Мой недогляд. Век живи — дураком помрёшь.

Дозаторы с жидким артефактом приняли с благодарностью, лишь поинтересовавшись, то ли это чудотворное средство, о котором ходит столько разноречивых слухов по империи. То самое, аналога в мире не имеется.

На всякий случай скрупулёзно обследовала верхушку острова на наличие гадов. Двух спеленала Буля, а третьего — изловила сама, вытащив из глубокой норы за хвост. Здоровенный псевдозмей противился изо всех сил, но я таки достала тварь. То ли у меня начала формироваться сталкерская манера во всём движимом и недвижимом видеть хабар, то ли я от рождения такая рачительная, но башку, как и полагается, отправила в хранилище, а телом не погнушалась Булька.

Ей что ни дай, всё стрескает, даже представлять себе не могу, какого габарита у неё желудок. Физика существа непостижима, боязно помыслить, кого на самом деле я пригрела на груди. Капнув пару капель живицы амёбе за отлично проделанную работу, принялась колупать топориком поверхность суши.

Не камень и даже не спрессованная трава. Скорее похоже на кору дерева, только отсыревшую. Возможно, это и есть остатки гигантского ископаемого древа, росшего в стародавние времена посреди болота. Если обработать сырой силой, то можно костёр распалить, а там и шмот просушить. В запасе у меня оставался один-единственный комплект, но я не стала переодеваться на глазах у озябших графинь. Страдать — так всем вместе.

Подсуетила Безобразова, на пару мы споро надрали целую кучу коры. Капля энергии источника — и кострище зачадило вонючим дымом. Не совсем то, чего я ожидала, но всяко лучше, чем греть руки над спиртовкой. Мало-помалу древесная труха разгорелась ярким фиолетовым пламенем. Цвет чудной, конечно, но кто о нём думал, окоченели все, кроме меня. Подняв температуру тела на пару градусов, ощущала себя так, словно нахожусь не посреди промозглого разлома, а на Карибском побережье.

Барышни тянули руки к пламени. Растирали обнажённые тела, ничуть не стесняясь наготы. Один лишь графёнок, краснея и бледнея разом, сражался с некстати возникшей эрекцией. Соболезную Роману. Четыре благородные девицы, три из которых яростно жамкают сиськи и ягодицы, — то ещё испытание для молодого тела.