Книга Кодекс Инквизитора. Книга II, страница 90 – Антонио Морале, Ник Росс

«Каким таким кроликом, мать? Ты совсем ку-ку?»

В ответ раздался лишь тихий отдаляющийся смешок богини. Осмотревшись по сторонам, замерла на месте. То ли это шутка Мары такая, то ли Буля пережрала головастиков. Питомица была сама на себя не похожа. Вместо бензиновой плёнки по болотной жиже курсировал молочно-белый оладушек. Две длинные ложноножки в районе предполагаемой головы смахивали на уши гигантского зайца.

Что ж, за кроликом так за кроликом. Достану сердце тритона — и в путь-дорогу. Задержались мы в этом негостеприимном месте.

Утроба красного гиганта оказалась настоящим ужасом трипофоба: требуха отсутствовала напрочь, а мышечная ткань была усеяна сотнями дыр. Прорубившись через изъеденные лёгкие, наконец добралась до трёхкамерного сердца. Ожидала увидеть пламенный мотор размером не меньше автобуса, а на деле всё оказалось иначе.

Перерубив аорты малого и большого круга кровообращения, без труда подняла тугой мышечный мешок. Навскидку — килограммов пятьдесят. Маловато будет, как зверюга только кровь прокачивала — непонятно, да и хрен с ним. Не придётся пилить на части. Воняет здесь, что в канализации, того и гляди наизнанку вывернет!

Отхватив добрый шмат мяса, кинула по наказу Мораны Бульке. Та, недолго думая, стрескала угощение. По молочной спинке пета прошла рубиновая волна довольства. Отрезала и себе граммов триста свежатины. Впившись зубами, оторвала небольшой кусочек. Пожевала осторожно. Сердце как сердце. Жестковато, конечно, и пахнет железом так, что глаза слезятся, но всё лучше тех жареных клещей из девятки. Заработав челюстями, сожрала весь кусок, то и дело прислушиваясь к себе. Ничего, кроме урчания недовольного желудка, не услышала.

Не знаю, за коим хером нужно было есть сырое сердце тритоньей мамки, но я это сделала. Скорее всего, развела богиня доверчивого лоха, с неё станется. Прибрала остатки в хранилище. Лопухину с Безобразовым угощу, когда выберемся. В данный момент объяснять, что почём, не имела никакого желания.

Компания уже ждала снаружи. Все собраны, несмотря на жалкий потрёпанный вид, подтянуты. Граф «Максимку» так и не вернул. Что ж, коли желает тащить сорок пять кило лишнего веса, не вижу препятствий. Ярославна также наотрез отказалась прощаться с «Берсерком». Вероятно, снайперка придавала ей уверенности. Раз так, мне не жалко, лишь бы не отставали от ведущего. Лопухина оказалась поумнее, и дробовик из рук графини перекочевал в хранилище, а следом и винтовка Лё Гран — девушка решила идти налегке. Разумно, путь-то неблизкий.

Насколько он оказался неблизким, даже вообразить себе не могла на тот момент. Четыре дня бесконечного марша. Короткий отдых по пояс в грязи. Целиком израсходованный резерв магических зелий. Гадские ядовитые пиявки жрали нас с завидным постоянством. Не раз и не два приходилось спасать жизни графинь и Безобразова. То небольшое приключение в начале пути уже не мнилось геройским свершением. Двести семнадцать пройденных километров показали, где именно таилось истинное превозмогание на пределе человеческих возможностей.

Стало существенно теплее, гнилая вода источала зловонные миазмы, появились полчища гнуса. Впору было извлечь ствол, перестрелять друзей и пустить пулю в лоб. Комары размером с грецкий орех не давали покоя, мелкая мошка затрудняла дыхание, забивая ноздри и рот.