Книга Кодекс Инквизитора. Книга III, страница 102 – Антонио Морале, Ник Росс

«Делай, что считаешь нужным, в оговорённых рамках. О Нове забудь. Она не инструмент, а…»

«Твоя дочь, да?»

«Скорее племянница, причём не моя, а наша. Коли можешь контактировать с девчонкой, займись обучением в свободное время. Только не смей влиять на мировоззрение, иначе применю санкции».

«Что ж, согласна, полагаю, будет интересно. Ты только голову не теряй, надоело воссоздавать повреждённые воспоминания. Не то чтобы процесс был тяжёлым, сама рутина наводит тоску. Реши, в конце концов, вопрос с костной тканью. Плоть не поспевает за возможностями эволюционного развития. Займись этим, когда выберемся. Погляди видеоролик, омерзительное зрелище, однако».

«Во что бы то ни стало воспользуюсь советом, но потом. В связи с новыми обстоятельствами, о смешивании крови не может быть и речи. Либо преставлюсь, либо обернусь безобразной тварью. Надобно найти приемлемый вариант. В настоящий момент костяк плотнее и крепче нормы, но этого явно недостаточно для экстремальных нагрузок. Думала над проблемой, но ничего путного в голову не пришло. По возвращении поставлю задачу Скорпу, а там видно будет».

Нова всё так же трусила рядом, слушая и не перебивая наш с Василисой мысленный диалог. Воспитанная девочка, ничего не скажешь.

Эмоции анчутки были как на ладони: в голове мелкой роились и множились тысячи вопросов — от азбучных, почему вот так, а не этак, до более откровенных, коих память крови не могла предоставить, за отсутствием потребной информации. Устав отвечать на почемучки, обрубила мысленную связь. Нова не будь дурой, тут же переключилась на Василису, та была не прочь поболтать, я-то не баловала вторую половину праздным общением. Сама же сконцентрировалась на грядущей нелёгкой миссии.

Дорога была сравнительно спокойной, по пути мы не повстречали ни одного человека. Я то и дело с замиранием сердца поглядывала на таймер, но сдержать неумолимый отсчёт времени не могла. Сорок пять минут до самоуничтожения комплекса. Поспеем ли? Уверенности не было, но вешать нос и не подумала. Варианты, пусть и непопулярные, в загашнике водились. Тот же пробой материи — как последний шанс с неизвестными переменными. Вероятность успеха — ноль целых хрен десятых, зато всяко лучше, чем сгореть в термоядерном пекле.

Нужный проход в коридор возник неожиданно, я едва не вляпалась в притормозившую Булю. Питомица, блеснув радугой, шмыгнула влево. Заглянув за угол, опасности не выявила, но, несмотря на это, расположение духа, и без того паршивое, переросло в упадническое. Отлитая из истинного серебра дверь заграждала путь в камеру, где содержались подруги. Я лицезрела метки девчонок, запросто считывала физические параметры, отчётливо понимая, что вскоре они погаснут навсегда.

На левый глаз навернулась слеза, правый почему-то остался сухим — похоже, слёзная протока не успела восстановиться после очередного ранения головы. Как быть — я не знала. Впервой столкнувшись с неразрешимой проблемой, едва не опустила руки. О том, чтобы взломать магическое плетение, сплошь покрывающее полотно двери, не могло быть и речи.

От взгляда на гениально исполненную структуру астральное зрение безбожно троило. Десятки тысяч наложенных один на другой слоёв формировали магическое полотно, на вскрытие коего уйдут если не годы, то месяцы уж точно. Да и сам редкий металл взрезать не так просто. Всё, что оставалось, — помолиться Моране за упокой души княжон, близняшек и одной верной онна-бугэйся.