Книга Кодекс Инквизитора. Книга III, страница 4 – Антонио Морале, Ник Росс

— Анна, ну откуда мне знать, кто я? Гульнула маменька по молодости лет, вот и уродилось то, что уродилось! С меня-то какой спрос? Держи артефакт и забудь, что видела. Померещилось тебе, после стакана коньяку!

Императрица, неуверенно приняв бриллиант, тут же повесила на шею.

Далее случилось странное, такого развития событий я не планировала. Камень вместе с цепочкой всосался в нежную белую кожу государыни. Анна, вскрикнув, повалилась без сознания. Не будь у меня прокачанных скилов, острая пробка хрустального декантера вошла бы аккурат в монаршую глазницу, а я бы отправилась на колесование.

Подхватив обмякшее тело, заозиралась по сторонам. Первичная реакция незадачливого убивца — отыскать место, куда бы понадёжней заховать труп. Ощутив на шее тёплое дыхание, перевела дух: жива, слава Моране! Не хочу на колесо страданий, мне ещё ворогам земельные участки наделять, по два с половиной метра на каждого!

Уложив Анну на кушетку, вытащила кисет с херотой. Ну нету у меня нюхательной соли, я же не падаю в обморок по поводу и без!

Сыпнув граммульку на миллион в хрустальный бокал с водой, влила прочищающий мозги напиток в рот императрицы. Глаза женщины тут же открылись, по зеницам прошла изморозь. Вот уж чудной эффект, у меня тоже так было?

Самодержицу скрючило, затем выгнуло дугой, и ноги сами пошли в пляс. Отжигала государыня недолго: поймала бесноватую на выходе из кабинета, где она пыталась головой проломить дубовую резную дверь. Кое-как стреножив брыкающееся тело, дождалась, пока херота попустит Анну. Вскоре воздействие стимулятора сошло на нет, взгляд приобрёл осмысленное выражение, и через минуту императрица окончательно пришла в себя.

Оглядев высокую грудь, не нашла ничего подозрительного. Рубцов, ожогов не было и в помине, кожа оставалась чистой и такой же бархатистой на вид, как и была. Новорождённый артефакт бесследно исчез. Последовательность действий я запомнила, но не думаю, что получится повторить сложный процесс в человечьей ипостаси. В роли артефактора выступила истинная суть, она сама выбралась наружу, и я тут была решительно ни при чём.

— Остолопка! Твой дар едва не убил меня! Мало показалось, отравить удумала? Откуда у тебя пыльца хирото, княжна⁈ Средство запрещено к ввозу на территорию Российской империи под страхом смертной казни! Эта гадость — не что иное, как боевой стимулятор элитных воинов японской императорской гвардии! Передозировка может свести человека с ума в считаные секунды, при этом псих на некоторое время делается фактически неуязвим. Прецеденты случались, погибла уйма гражданских лиц. Понадобилась рота спецназа, чтобы изничтожить берсерка, а ты меня этим дерьмом опоила!

Хорошо, что полог тишины работал на всю мощь, иначе меня бы уже пинали под рёбра камер-казачки императрицы.

— Подарок спасёт жизнь в случае беды, я не всегда буду рядом, что до хероты — подогнали по-братски для личного пользования. Вот и сгодилась пыль, в чувства тебя привела. Откуда мне было знать, что свойства артефакта выльются в метафизическую плоскость?

— То существо, что я видела… твоё истое олицетворение? — Самодержица, зябко поёжившись, пренебрегая бокалом, глотнула коньяка прямо из декантера.

— Может, и так, я её вижу второй раз в жизни. Является, когда сама того пожелает. Ежели предстала перед тобой, значит, у неё свои резоны. Ты служишь тьме, а я сразу нескольким тождественным первостихиям. Не спрашивай, как так вышло, — сама не знаю. Одно ты должна понять: я не враг короне. Благоденствие империи в моих интересах, — то, что сотворила страшила, лишь подтверждает слова и намерения. Посмотри на ауру, что ты видишь?