Книга Кодекс Инквизитора. Книга IV, страница 19 – Антонио Морале, Ник Росс

Не успел Пётр Михайлович занять председательское кресло, как из другой двери, поменьше, под конвоем вывели троицу аристократов. Болховский не выглядел подавленным, до последнего держал марку. Закревский имел бледный вид, но, так же как и его соратник, старался не упасть в грязь лицом, а вот на Сольского глядеть было тошно: помятый, испуганный, небритый, от былого гонора не осталось и следа — срамота, да и только! Теперь уже они заняли трибуны ответчиков, а я, встав с кресла, скромно притулилась на месте истца.

Ударил гонг, возвещая присутствующих о начале заседания высшего совета кланов.

— Прошу внимания, господа! — усиленный магией голос Великого Князя рассёк и без того гробовую тишину.

Председатель, выдержав положенную паузу, нагнетая саспенса, продолжил речь:

— Не так давно все мы присутствовали на внеочередном собрании, где был подтверждён предъявленный почтенными господами: князем Болховским, князем Зарецким и графом Сольским — акт об объявлении войны княжне Ольге Фёдоровне Нагой. Ответчица приняла ноту и выдвинула свою, что было рассмотрено высшим советом кланов и завизировано моей личной подписью. Итак, господа! Нынче мы собрались по другому поводу, а именно для того, чтобы подтвердить беспрекословную победу княжны Ольги Фёдоровны.

Зал взорвался криком сотен, а то и тысяч глоток. В мою сторону, будто кинжалы, полетели проклятья. Слабенькие, слепленные на коленке — даже проглот источник не заинтересовался, я попросту развеяла вялый туман на подлёте.

— Внимание, господа! Прошу тишины! — громом грянул басовитый голос Великого Князя.

Все как по свистку завалили хлеборезки.

— Факт победы подтверждён и зафиксирован лично Её Величеством Императрицей и Самодержицей Всероссийской!

— Я протестую! Свидетельства косвенные! Это подлог! Мы требуем всестороннего расследования! Факт уничтожения командующих не подтверждён. Пока жив хоть один офицер, притязания лгуньи не имеют веса!

Тысячи глоток одобрительно завопили, скандируя одно-единственное слово:

— Подлог! Подлог! Подлог!

Достав резиновую оранжевую уточку, которую спёрла в ванной комнате борта номер один, покрякала, призывая к тишине. От такой выходки оторопели не только оголтелые аристо, но и сам председатель собрания. Крики смолкли, в воздухе повисло тягостное безмолвие. Крякнув для верности ещё разок, вышла из-за трибуны, представ перед глазами воинствующей толпы.

— Господин председатель, граф Сольский совершенно прав. Разве могут видеофайлы и фотографии подменить собой подлинные трофеи, взятые с поля боя? Вопрос риторический! Господа! Вы хотели прямых доказательств? Так получите! — На последнем слове в первые ряды полетели десятки окровавленных, всё ещё тёплых офицерских голов.

Подняв одну из них за волосы, предъявила ошарашенному стаду аристократов:

— Знакомое лицо, господа? Генерал Данилов Александр Николаевич, собственной персоной. Прошу прощения за оговорку — персона осталась гнить в Императорском разломе, в наличии лишь голова. Мне продолжить, досточтимые господа, или в полной мере осознали ничтожность своих претензий? — Выдрав затухающий генеральский глаз, швырнула фыркающей вобле, что бунтовала больше всех.

Княгиня, взвизгнув, повалилась в обморок. Глазное яблоко, подпрыгнув мячиком, пошло по рукам, будто живое, сея панику в рядах знати. Не удержавшись, прыснула в кулак, наблюдая за тем, как горделивые главы родов стремаются безобидного куска плоти. И это белая кость нации? Интриганы, выжиги — раковая опухоль на теле государства!