Книга Кодекс Инквизитора. Книга IV, страница 62 – Антонио Морале, Ник Росс

«Там же, где и страх, Оленька. Я не кровожадная, а рациональная. Предложение в силе. Всех убить, всё отнять!»

«Оставь на усмотрение генерала, а сама займись насущными вопросами. У нас мало времени, нынче вечером двинем в Навь, первостатейные задачи должны быть нарезаны. Кто знает, как долго мы провозимся в царстве мёртвых и вернёмся ли вообще?»

«Директивы на все случаи жизни, включая твою безвременную кончину, подготовлены, не беспокойся».

Преимущество спаренного сознания налицо. Пока в меня летел запущенный меткой рукой восьмилетнего графёнка огрызок яблока, успела обсудить с Василисой дела, не терпящие отлагательств. Прошло всего пару секунд, а я уже в курсе последних событий. Снаряд пронёсся мимо. Мальчуган топнул ногой от досады, а затем пнул под коленку молоденькую гувернантку. Барышня, закусив губу от боли, повалилась между рядами, а шкет ударил второй раз, метя в лицо.

Гонг возвестил об окончании поединка крови и моей безоговорочной победе. Защитный полог исчез, а магические способности, напротив, вернулись. Не откладывая, прокляла мелкого стервеца. Не фатально, само собой, — всего лишь диарейная лихоманка.

Барчук подпрыгнул на месте, зажимая руками худосочное седалище, но это ему мало чем помогло. Рычание бурливого подрыва вспугнуло стайку детворы по соседству, и тут же вокруг сопляка образовалась приличная зона отчуждения. Будет мелкому засранцу урок, а недавние приятели добавят популярности, снимая и тут же выкладывая в Эфир момент конфуза. Что ж, поделом!

Массивные стальные ворота, ведущие на арену Колизея, отворились, пропуская вперёд толпу соратников и принцесс кицунэ в сопровождении охраны. На песке стало тесно и очень шумно от восторженных визгов друзей.

На первых порах пыталась уворачиваться от объятий и жарких поцелуев, но надолго меня не хватило, и я, расслабившись, приняла заслуженную порцию обожания, дозволив каждому потискать себя. Особливо отличился Безобразов, умудрившись пылко облобызать губы и засунуть язык в рот. Тычок под дых слегка остудил княжича, а плюха от Лопухиной вернула парню благоразумие.

С арены меня выносили на руках — под ненавистное улюлюканье и кровожадные взоры сотен тысяч аристо. Приятелям до бесноватой толпы не было никакого дела. Я эффектно подвела черту под эпопеей с первой в своей жизни клановой войной, показав миру, что не лаптем щи хлебала. Хочешь не хочешь, а считаться с родом Нагих придётся, а кто попытается оспорить наше место под солнцем, тот рано или поздно окропит песок арены кровью. Такая вот правда жизни.

* * *

— Отменное представление, Оленька! На что не жалую гладиаторские поединки, но тут даже меня пробрало до дрожи. Никакого позёрства, максимально быстро и эффективно. Порадовала, княжна! И отчего я тебя княжной до сих пор называю? Ты последняя в роду, хоть и не замужем, но имеешь право на титул княгини.

— Анна Иоанновна, в жизни не поверю, что ты не читала кодекса рода Нагих. В нашей семье княжение передаётся по женской линии, а не по мужской. Смерть отца ничего не решает. Пока Мария Нагая жива, только замужество даст мне право на княжий титул, а замуж я, как видишь, не собираюсь. Бытие определяет сознание, а оно у меня — то ещё. Давай не будем поднимать скользкую тему, мне и в девках хорошо, обойдёмся без толстых намёков на обстоятельства.