Книга Крысиный бег #3, страница 119 – Антонио Морале

Я поднялся, слегка прихрамывая, короткой перебежкой добежал до тела девушки и склонился над её бледным лицом, пытаясь уловить дыхание, которого не было. Приложил руку к шее, и почувствовал слабое, едва различимое биение затухающего пульса.

Вся земля под ней была пропитана кровью, под моими ногами слегка почавкивало. Бедро девушки было распорото, оттуда фонтанчиком лилась кровь. Уже не фонтанчиком… Я снял ремень, перетянул и снова проверил пульс. Есть, но очень слабый.

По-хорошему, её бы не вертеть и не трогать, а просто вызвать лекаря, только где же его взять этого лекаря. Я выровнял её ноги, выпрямил ей спину, наверняка нарушив все правила и инструкции докторов. Перевернул девушку на живот и осмотрел всю с ног до головы.

Спина Яны была распорота и посечена мелкими осколками, но одна рана была значительно глубже остальных. Жить ей пару минут, от силы. Если и эти пару минут протянет.

Узор Шавки? Слишком долго. Сделать перевязки и переливание, чтобы восполнить потерю крови? Глупо, и точно не в этих условиях. Я ещё раз оглянулся, ища поддержки со стороны. Никакой поддержки не было. Только осколки шаттла и тела на живописной большой зелёной полянке, окружённой со всех сторон серо-зелёными деревьями.

Когда-то давным-давно был в нашем приюте странный обычай. Мы резали ладони и соединяли с парнями руки в рукопожатии, становясь кровными братьями. Странная пацанячая традиция, которая имела свои истоки в далёком прошлом. Непростые истоки.

Говорят, кровь несёт уйму энергии, информации, силы. Служит проводником, объединяет и снимает все барьеры… Мы ведь сделаны из одного материала, из плоти и энергии.

Я поднял с земли осколок стекла и, не задумываясь, полоснул по своей левой ладони. Разорвал ткань на спине Яны сильнее, освобождая повреждённые участки кожи, и приложил свою окровавленную руку к самой большой ране. Закрыл глаза и прислушался к себе…

Первые несколько секунд ничего не происходило. А потом узор на моей груди полыхнул, а рука противно заныла, словно из неё кто-то высасывает всю мою жизнь. Не жизнь, всего лишь кровь… Забавное переливание крови в полевых условиях. Главное, что работает. Если честно, я в это не верил до последнего.

Мелкие ранки и порезы на теле Яны закрывались прямо на глазах, но бледность никуда не уходила. Ещё…

Долгая минута, казалось, высосала из меня все соки. Во рту пересохло, язык прилип к нёбу… Хватит, наверное, пока я сам не сдох.

Я отдёрнул налившуюся свинцом руку и приложил пальца к шее Яны.

Да как так? Пульса не было. Сука! И рваная рана на её спине никуда не исчезла.

Снова приложил руку к её спине. Потянулись долгие секунды… Кровь из меня уже никуда не бежала, такое чувство, что было просто нечему. В глазах потемнело, голова закружилась, и я с трудом отнял руку от тела девушки. На месте рваной раны на спине белела свежая бледная молодая кожа.

Я тяжело вздохнул и смахнул холодный пот со лба. Ещё одно усилие, огромное усилие, сил у меня совсем не было, и я перевернул свою подругу лицом к небу. Порозовевшие щёки Яны и мерное дыхание подсказывало — у меня что-то да получилось.

Хотелось упасть на траву прямо здесь, закрыть глаза и уснуть. А ещё жутко хотелось пить, во рту было такое гадкое и шершавое ощущение, словно мой язык превратился в камень, губы в потрескавшуюся сухую корку, а нёбо в труху.