Книга Проклятье, с*ка! Книга 3, страница 99 – Антонио Морале

— Ясмин, деточка. — снова перевёл взгляд на свою гостью старый японец, словно не слышал моих слов секунду назад. — Как ты выросла и расцвела за эти годы! Налилась в нужных местах, повзрослела, стала настоящей, красивой женщиной! Был бы я лет на 50 моложе…

— Давай без этих облизываний. — равнодушно перебила Кацу Ясмин.

— Это чистая правда! Я ни капли не льщу тебе, моя Императрица. — Не важно. Поговорим о деле. — Ясмин сделал ещё один глоток из чашки. — Ты хотел взять меня под контроль и выкрасть. Догадываюсь, не сам, додумался до этого, а по заказу. Хотел меня убить?

— Ни в коем случае. — поморщился Мори. — Я взял с них слово, что тебя не тронут. Ты же знаешь, как я к тебе отношусь.

— Знаю. И я к тебе отношусь так же, поэтому ты всё ещё жив, старик, а не болтаешься в петле. Кто тебя нанял? Мне нужны имена.

— Я не могу сказать. — хозяин покачал головой. — Ты же знаешь, я никому и никогда не разглашал имена заказчиков. Это дело чести!

— Ты ставишь свою госпожу ниже своей чести? — удивлённо приподняла бровь Ясмин.

Кацу Мори недовольно посопел, наморщил лоб и помотал головой.

— Ты не моя госпожа, Ясмин. Прости, но я присягал твоему отцу, не тебе.

— Покажи ему. — коротко бросила мне Ясмин, не оборачиваясь.

Я выхватил кинжал из-за пояса, заметил как снова напряглись самураи Кацу, и полоснул острым лезвием по своим венам. Чёрная аура, клубящаяся мрачным, тёмным густым туманом, полыхнула и заволокла комнату, почти потушив свечи и лампы. Чёрные щупальца схватили за горло старика и пробили грудь его охранникам насквозь, потянув из всех троих молодость, здоровье и силу.

— Тамаши… Пожиратель душ! — выдохнул Кацу Мори, побледнев, схватившись за горло и почувствовав, как жизнь по капле покидает его тело, пальцы скрючивает подагра, а кожа увядает с каждой секундой всё сильнее, покрываясь старческими пятнами. — Останови его, моя госпожа! Я сделаю всё, что ты прикажешь…

Глава 17

Ясмин театрально подняла руку, и я успокоил свою ауру, перестав выкачивать из Кацу и его охранников жизненную энергию. Мне их сила была не нужна, рана на руке давно затянулась и от обычной регенерации, но со стороны это наверняка выглядело впечатляюще. Хозяин дома перевел дух и внимательно посмотрел через плечо Императрицы в мою сторону.

— Как? Как ты подчинила его, моя Госпожа?

— Ты не можешь задавать вопросы, старый Кацу! Ты потерял это право, когда пошёл против меня.

Да уж, пафоса японцам не занимать, любят они вот такое, а мне ещё к этому привыкать и привыкать.

— Простите, госпожа… — склонил старик голову, пряча от нас свои хитрые глаза, наверняка раздумывая над произошедшим в этой комнате секунду назад.

— Ты знал, что мой отец мёртв, а на его месте сидит сраный кицунэ?

— Догадывался. — поморщился Кацу Мори.

— Догадывался… — повторила Ясмин. — Так ты присягал на верность своему Императору? Догадывался, но ничего не сделал?

Глава клана Мори промолчал, поднял на Ясмин свои глаза и тяжело вздохнул.

— Я задам тебе несколько простых вопросов, и от твоих ответов будет зависеть, останешься ты жить или уйдёшь вслед за тем, кого предал.

— Я не предавал вашего отца, госпожа. — в который уже раз вздохнул старик и самураи за его спиной снова напряглись, поглядывая на меня то ли с угрозой, то ли с опаской. — Но я отвечу на ваши вопросы честно.