Книга Остров Свободы 12.04.1961, страница 65 – Антонио Морале

Да и хер с ней, с этой сраной кармой! Я оглядываю парней и девчонок, ждущих моей команды и преданно смотрящих в мою сторону, и понимаю — по другому я поступать бы не стал. Пусть мне дадут хоть тысячу шансов всё переиграть, я не смогу их предать. Я не буду сдавать Кубу сраным американцам.

Мне насрать, что я ушёл в минус. Мои товарищи и друзья, люди, которые мне доверились — живы! Это главное!

А 16-го апреля наш фильм вышел в «прокат»… Это была бомба! Как обычно говорят все знаменитые актёры — «утром я проснулся знаменитым». Вот так было и в этот раз. Утром 16-го апреля американская армия проснулась знаменитой. Наш короткий двенадцатиминутный фильм шёл не только по двум республиканским каналам Кубы, но его осмелился запустить в эфир один из крупных новостных каналов Америки.

Я так подозреваю, этим фильмом я загоню себя в ещё больший минус… Не знаю почему… Наверное потому, что мы всё же там немного приврали и приукрасили действительность. Да и хер с ним!

А к обеду, фильм, как принято говорить в 21 веке — завирусил уже по всем каналам. Его крутили везде, особенно обсасывали в Союзе. С разницей в восемь часов, у них как раз шли вечерние новости, и минут двадцать строгий диктор с хорошо поставленным голосом уделил пропесочиванию бесстыжих американцев.

Как ни странно, в самих США тоже нашлись те, кому «понравился» наш фильм. Жадные до сенсаций, которых в этой эпохе было ещё не так много, наш коротенький ролик мусолили по всем каналам свободной Америки, по всем новостям и обсуждали во всех передачах. Это был успех!

Это была бомба! Бомба замедленного действия, которая на самом деле ещё не взорвалась, а только дымилась. Взорваться она должна была вот-вот, когда на этот фильм, и самое главное — как, прореагирует Вашингтон. Такого фильма Америка ещё не видела и не ожидала такой подставы… Это был удар по репутации не только Кеннеди и его администрации.

Фильм был… он был простой до безобразия! Примитивный, наивный, лживый, грубый, незамысловатый, фальшивый. Он был каким угодно, но только не произведением кинематографического искусства. Но я так и планировал. Я ведь сразу сказал нашему режиссёру, чем хуже — тем лучше.

Никто из миллионов зрителей не обращал внимания на то, что люди на кадрах не сильно похожи на американских военных, что они слишком бородаты или не стрижены, что они не так держат оружие, а у некоторых оно просто отсутствует. А форма… Американская форма на моих бойцах смотрелась просто нелепо — на одном великовата, на втором маловата, на третьем хрустит в спине…

Было много ляпов, но массовый зритель это проглотил на ура — люди любят скандалы! А плохое качество записи, которая была сделана якобы скрытно, все эти детали прекрасно смазывало. Фильм вышел отличный несмотря ни на что. И даже нашёлся герой, который рискуя своей жизнью, сделал эту запись. Мальчик Педро тринадцати лет, у которого была любительская отцовская камера.

Откуда у нищего пацана в каком-то засраном селе такая дорогая игрушка, тоже никто особо не задумывался. Наивные 60-е! Как я вас люблю!

Люди ужасались тому, с каким цинизмом и жестокостью действовала американская армия, и сочувствовали кубинцам, которые стойко сражались за свою свободу, боролись с захватчиками и защищали, мстили наглым врагам.