Книга Остров Свободы 12.04.1961, страница 94 – Антонио Морале

— Хорошо. Ключи от номера. — Я протянул руку и вопросительно взглянул в глаза парня. На мгновение я подумал, что в этот раз профессиональный долг возьмёт верх, но он послушно улыбнулся, пожелал приятно провести время со знаменитой певицей и положил на стойку ключи с биркой.

Хорошо иногда быть диктатором, никто тебе не перечит, не думает спорить или указывать. Я взял ключи, сунул их в карман и пошёл в сторону лифта. Два пролёта — и я на нужном этаже. Номер «312» был в самом конце коридора, не самый шикарный и не самый дорогой, но Черри на большее пока не заработала. Удивительно, что её вообще пригласили выступать здесь. Видимо, кто-то уже разглядел её талант, несмотря на молодость и неопытность.

Я недолго постоял перед дверью, вспоминая всё, что знал о девушке, сунул ключ в замочную скважину, повернул ручку и шагнул в номер. В этой жизни мы с ней ещё не спали, и даже не встречались. А вот в прошлой, делали это несколько раз, пока она не получила приказ отравить меня.

Молоденькая начинающая певичка Черри Саркисян, американка с русскими корнями. Правда, свою необычную фамилию она старалась не использовать, обходясь только своим забавным именем — Черри.

В этом году ей едва исполнилось восемнадцать, хотя в американском паспорте почему-то стояла другая дата, на три года позже, делавшая её на три года младше. Наверное, это бзик всех девушек — числиться по документам несколько моложе, чем есть на самом деле, или какой-то финт её менеджера, желавшего обезопасить свою молодую подопечную от подкатов к ней взрослых богатых папиков. Хотя, когда это останавливало взрослых озабоченных дядек? Никогда. И точно не в 60-е.

Черри — черноволосая, длинноногая, худенькая красавица, выглядевшая гораздо старше своих восемнадцати. Наверняка, это результат бурлившей в её венах южно-русской крови. В 62-м состоится наше с ней первое знакомство и в том же 62-м она попытается отравить меня. Я всего лишь хочу ускорить это. Не моё отравление, а наше с ней знакомство.

Тогда, в моей прошлой жизни она так и не смогла это сделать, признавшись мне во всём. Как её готовило ЦРУ, и как настраивало против меня…

В 61-м ЦРУ завербует её или уже завербовало, и начнёт подготовку. Наивной девушке будут скармливать антикубинскую пропагандистскую литературу, ломать психику, пичкать амфетаминами и прочими психотропными, и внушать, что Кастро не просто опасен для Америки, но и в целом ужасная, отвратительная и мерзкая личность, заботящаяся только о своём кошельке и потешающая своё раздутое тщеславие.

В 62-м, когда она созреет, агент ЦРУ сунет ей ядовитые пилюли, прикажет незаметно подбросить их в мой бокал с ромом и по-тихому покинуть Кубу, стараясь не попадаться.

Они сломали девочку. Не знаю, как мне удалось избежать этого в прошлый раз… Вернее, знаю. Девчонка влюбилась в меня. Мы провели несколько совместных вечеров, говорили обо всём, и она мне поверила. Жаль, что мы познакомились с ней тогда на год позже, когда ЦРУ уже основательно отравило её мозг.

В это раз я хочу, чтобы она этого всего избежала. Пусть занимается тем, чем должна заниматься — музыкой. И избежит этого опыта в своей жизни и целого ряда неудачных решений. Я мог это сделать, так почему бы и нет?

— Привет, Черри… — Я присел на край её кровати, повернувшись в пол-оборота, чтобы видеть девушку.