Книга Новые детективные истории эпохи Мэйдзи, страница 156 – Анго Сакагути

С давних времен торговцы шелком были мастерами обмана. Для неопытного новичка пытаться купить что-то самому – страшная ошибка. Ведь когда не понимаешь, что покупаешь, результат будет один: подсунут самое плохое. Поэтому даже иностранные торговцы чрезвычайно осторожны и хорошо разбираются в своем товаре. Они с одного взгляда распознают, где сделан тот или иной шелк – в Косю, Симаде, Кодзукэ, Суве, Маэде… И уж конечно не найдется среди них невежд, которые по незнанию купят дефектные ткани. Но Кюгоро, увы, оказался полным профаном и потому накупил откровенного брака.

Палмер подал в суд за нарушение контракта. Он обвинил Кюгоро в нарушении сроков поставки, а также в попытке продать пятьдесят пять тысяч кин бракованного товара и потребовал взыскать с Кюгоро пятьдесят пять тысяч долларов неустойки. Суд уменьшил неустойку до двадцати тысяч долларов, однако уже полученные двести пятьдесят тысяч кин хорошего шелка и пятьдесят пять тысяч плохого остались у торговца и платить за них тот отказался.

Кюгоро, чтобы раздобыть такое количество шелка, вложил все свое состояние, еще и долгов набрал, а в итоге не получил ни копейки и остался должен двадцать тысяч долларов сверху. Как он ни пытался выкрутиться, ему оставалось лишь банкротство.

* * *

После Кюгоро узнал, что Палмер – мошенник, который немало торговцев довел до разорения. Среди японских дельцов было полно людей, нечистых на руку, но и иностранные от них не отставали. Некоторые из них прикидывались невежественными новичками, а потом подставляли поставщиков, ставя условия, которые делали невозможным предоставить качественный товар в срок в полном объеме. После чего подавали в суд за нарушение контракта и забирали себе и компенсацию, и товар без оплаты. Вот и Палмер оказался одним из таких. А Тамон, вероятно, состоял с ним в доле.

Барон Конума был поражен не меньше Кюгоро. Он знал, что Тамон собирается облапошить Кюгоро, когда вел его на встречу, и даже получил свою долю – половину от четырехсот тысяч иен, которые Кюгоро выплатил Тамону. Однако Конума не думал, что афера приведет Кюгоро к разорению. Лавка «Тидзимия» была для него залогом спокойной жизни, и, конечно, ее банкротство никак не входило в его планы.

Конума не сомневался, что хоть Тамон и поимеет свою выгоду, но и Кюгоро не останется без прибыли. В уме Конума уже посчитал, что сначала возьмет часть дохода у Тамона, а потом, когда Кюгоро получит оплату у Палмера, и с него потребует денег за посредничество. В общем, барон сам оказался обманут. Банкротство Кюгоро его шокировало, но он быстро смирился и тут же бросился попрекать зятя.

— Какой же ты растяпа! Идиот! Разорившемуся торгашу не пристало иметь в женах дочку барона, так что я ее забираю. Жаль, что дочь уже попорчена, а с тебя даже компенсации не взять. Но совсем без оплаты я не уйду. Что-то у тебя наверняка осталось, а? Подпиши-ка заявление о разводе и дай хоть сколько-нибудь.

Вместе с Конумой пришел его старший сын, Кано, с виду мужчина благородной наружности, а на деле безжалостный тип, который собаку съел на всевозможных аферах. Он подготовился к визиту и заранее проверил, что подлежит изъятию банком.

— Банк вам кроме домишки в Сибе ничего не оставит. И лавку, и земли у тебя отнимут. Тут ничего не попишешь. Но небось из мелких ценностей ты что-то припас – свитки или керамику, там, а?