Книга Тройная метка. Истинная диких Альф, страница 36 – Екатерина Антонова

Когда с трапезой покончено, Влас смотрит на темное небо. Я и не заметила, что солнце уже село за горизонт и наступила ночь.

— Прости, что недооценил этого кабана, — бормочет он. — Я не хотел, чтобы ты пострадала.

— Всё хорошо, Влас. Ты же спас меня, — искренне отвечаю. В нос бьет сплетение трех безумно притягательных ароматов.

— Пора возвращаться. Нам еще объясняться перед старейшиной, — произносит Демьян.

Альфы берут меня в кольцо, и мы выдвигаемся в сторону дома бабушки и дедушки.

Демьян идет впереди, Савва и Влас — по бокам, надежно закрывая меня своими могучими телами.

Дикие альфы возвращают свою самку домой, но их собственнические, горящие взгляды говорят о том, что это затишье ненадолго.

Уже на подходе я чувствую, как воздух наполняется напряжением и тревогой.

Возле калитки стоит крупный серый волк. Его тело напряжено, глаза горят желтым. Дедушка.

— ЯВИЛИСЬ! — громовой бас дедушки заставляет меня вздрогнуть. Он делает три широких шага навстречу альфам. — Вы нарушили уговор! Демьян, Савва, я поверил вашему слову! А вы похитили мою внучку прямо из спальни?!

Он переводит взгляд на меня, замечает кровь на шерсти, и в его глазах появляется страх.

Демьян останавливается. Смотрит на старейшину твердым, холодным взглядом вожака:

— Спокойно, Макар. Не рычи. С Евой все в порядке. Как видишь, она цела и невредима.

— Вы не имели права трогать её! — дедушка оскаливается. — Ева, немедленно иди в дом!

— Но… — поскуливаю.

— Ева, домой!

Робко делаю шаг, но Влас внезапно преграждает мне путь. Он смотрит на дедушку, не мигая.

— Это моя вина, Макар. Я забрал твою внучку, чтобы она познала радость первой охоты. Природа сделала свой выбор. Но мои братья ни о чем не знали.

Дедушка шагает навстречу диким альфам…

Нет! Только не это! Не надо больше драк! Делаю рывок и встаю между ним и вожаками.

— Я пойду… — шепчу мысленно. — Спасибо вам за эту охоту! Разворачиваюсь и направляюсь домой.

Ева

Оказавшись дома, я обращаюсь в человеческую форму. Тощее хрупкое тело раздражает, как никогда.

— Ева, милая, — бабушка незаметно накидывает на меня легкий халат, — мы с Макаром чуть с ума не сошли! Ты в порядке?!

Она осматривает меня и ахает, увидев кровь на коже.

— Боги! Все-таки поранили мою девочку… — она в ужасе.

— Бабуль, всё хорошо, честно! — беру ее за руки, стараясь успокоить. — Они ничего мне не сделали. Наоборот! Влас защитил меня от кабана! Это было так… так…

Я начинаю рассказывать…

— А потом он прыгнул! — задыхаюсь от восторга. — Влас вцепился кабану прямо в горло! И мне дали первой его попробовать! Я никогда не ела свежее мясо!

Не могу остановиться. Говорю, говорю. Эмоций слишком много, нет сил держать их в себе.

Я рассказываю все: от побега с Власом до удара кабана. Бабушка охает и ахает, но не перебивает.

Она смотрит на меня со странной смесью удивления и тоски. Словно теряет что-то очень важное…

В разгар моего монолога в дом возвращается дедушка. Услышав его тяжелые шаги, мгновенно замолкаю.

Он хмурится. Густые брови сведены к переносице. Он недоволен, и я чувствую это каждой клеточкой тела. Аура дедушки тяжелая, мощная, но впервые я не склоняюсь под мощью альфы.

— Ты должна была предупредить нас, внучка, — произносит, проходя в глубь комнаты и тяжело опускаясь на стул. — Я уже сказал, что не буду препятствовать твоему общению с дикими. Вы истинные. Мы все понимаем. Но ты должна была сообщить, а не сбегать тайно.