Книга Вам Песец!, страница 69 – Светлана Нарватова

Каким местом я думала, когда предложила ему стать левым сапогом, пионерка Маша из второго отряда? Да хоть правым, не в том суть! Просто Джеро мыслит в категориях равенства, как я в дифференциальных уравнениях, — никак. С ним нужно не договариваться, а торговаться. Как на восточном базаре, в кровь и сопли, чтобы продавца не обидеть. А для того чтобы не проторговаться, нужно знать две вещи: чем таким уникальным и ценным я для него обладаю (на этом я тормозила, как болид об стену) и какова рыночная стоимость этого? И, разумеется, ответы на эти вопросы мне нужны не от принца, а от независимого, так сказать, эксперта, чтобы отделить зерна от плевел в мире, который, вероятно, никогда не читал Библию.

Я видела сон. Очень живой. Будто я проползла через колючие заросли и оказалась в чужом дворе. Я видела там девушку — красивую девушку европеоидной внешности. Она держала в руках птичку (прямо Белоснежка какая-то!), а потом звала меня, называя хорошей, послушной собачкой. Я бы обиделась и приняла это мнение обо мне со стороны подсознания (кормила, купала принца — дура какая!), но после этого девушка сама покорно раздевала такого же хмыря азиатской национальности, как мой Джеро! Такого же красивого — чуть повыше, разве что, и на миллион градус отмороженней.

Проснулась я не одна, а с гипотезой. Совершенно безумной — как ситуация, в которой я оказалась. Посмотрела на Песца. Припомнила все странности, связанные с ним. Первые свои видения с бонсаями и зловеще-зеленым тронным залом. Внезапно меняющуюся перспективу восприятия мира, когда примеряла наряды у Джеро в спальне. И глубоко задумалась.

Мне было, о чем побеседовать с псом.

Без свидетелей.

Остаток вечера я провела на максимальной дистанции с хозяином дома. Я по-прежнему не была готова к переговорам — в информационном плане. И у меня были планы. В эти планы на ближайшее время он не входил. Раз уж его высочеству не зашли мои блюда, я решила, что нечего его баловать. Забадяжила кашку — цельнозерновую, в лучших традициях правильного питания, благо о неправильном здесь и не слышали. И легла спать.

Мы все легли.

Даже Песец.

Помыть мне его не удалось. Не то чтобы он не дался, просто не сложилось. Но за всё время, сколько я за ним наблюдала, он ни разу не почесался. Вообще. Я считаю, это достаточный аргумент в пользу отсутствия у него наружных паразитов. И шерсть, несмотря на шляния непонятно где, у него оставалась настолько кипенно-белой, что нарядный школьный фартук изорвался бы в клочья от зависти. И пес совершенно не вонял! Даже не пах. Так что пусть лежит. Стережет мою невинность. Как бы.

…А то, что утром я оказалась в объятиях Джеро, так это его грязные происки и уклонение Песца от выполнения своих прямых обязанностей! Песец куда-то свалил, на это раз без видений. Но я их видела не каждый раз, когда он пропадал. Видимо, есть некое условие, при котором я могу наблюдать за его приключения. Просто пока я не смогла понять, какие.

Джеро удалился, без завтрака, но с нотациямими. Он сказал, что покидать это место не только опасно, но и невозможно: в ограждение строена магическая защита, которая сделает больно тому, кто попробует через нее пробраться. А настойчивых, кто не понимает предупреждений, может и убить. «Поэтому, — сказал он мне, — придавайся отдыху, купанию, мыслям о своем плохом поведении и учись готовить». Последние два сказаны не были, но белой нитья пронизывали всю речь.